Пока его сердце билось, Честимир знал – Та Сторона ещё живёт. Пусть в уродливой и обрубленной форме, но всё же. И он мог надеяться, что однажды снова увидит величие магии их мира. Плохо было только то, что надежда – всё, что ему осталось. Последний раз он чувствовал себя так погано, когда ещё был обычным человеком.
Честимир поднял глаза к прекрасному фиолетовому небу и не смог сдержать улыбки, увидев первую Жар-Птицу. Всё, чем он мог себя здесь занять – смотреть на то, как считающиеся мёртвыми чудесные магические творения живут в мире без людей, а значит, и без войн и агрессии. Вслед за первой полетели сотни других, пёстрых, красивых и свободных. Они не были связаны той ответственностью, которую ощущал Честимир. Они не разрушили миры. Они не возгордились. И это не им нужно было скрываться ото всех, постоянно перемещаясь между мирами.
– Как ты меня нашёл? – Честимиру не нужно было оборачиваться, чтобы знать, кто стоит за его спиной.
– Вопрос в другом, если я тебя нашёл, то кто ещё может? – старший брат медленно подошёл и тоже устремил взор вверх. – Тебе придётся спрятаться в другом месте. Таком, где никто тебя не найдёт.
– Я и без этого чувствую себя ничтожным, не усугубляй моё положение.
– Ты опять об этом? Последствия твоей гордыни ничему не научили? – в голосе брата промелькнули нотки злости. – Речь не о тебе, а о нашем последнем шансе всё исправить. Но если ты умрёшь, то миры ничто не спасёт.
– За столько лет мы так и не нашли способ. Неужели ты думаешь, что всё-таки однажды получится?
– Дело не в том, что я думаю, Честимир. Дело в том, во что я верю. И я верю, что мы сможем всё исправить. Хотя следовало бы вообще этого не допускать.
– Ты теперь до конца моих дней будешь напоминать об этой ошибке?
– Ошибка – это слишком мягкое слово для того, что случилось. Это катастрофа, братец. Но, несмотря ни на что, он жив, я нашёл его, – Честимир вздрогнул и оторвался от созерцания за птицами. Он повернулся к брату, на лице которого играла улыбка. – Да, ты правильно расслышал. Я нашёл твоего любимчика. Может быть, он и не совсем в себе, но вполне может сражаться за нас. Так что побереги себя. А я постараюсь поберечь его.
Честимир не спешил улыбаться в ответ, потому что боялся спугнуть удачу. Но новости, которые принёс ему брат, были лучшими за последние несколько недель. Теперь у них действительно была надежда. Не призрачная и маячащая где-то вдалеке, а самая настоящая – такая, которую можно было пощупать.
– Ты должен помочь мне добраться до одного места, где меня точно никто не найдёт. Но в этом случае на тебя ляжет ответственность. Ответственность, которой ты так боялся и не желал, – Честимир продолжал наблюдать за братом. Улыбка не сходила с его лица, но глаза смотрели настороженно. – Только от тебя теперь будет зависеть, выживут ли миры.
