Пепел Марса читать онлайн
Сто лет назад марсианская колония перестала выходить на связь. Земля объявила её погибшей — и поставила мемориал с именами тех, кого больше не надеялась увидеть.
Но корабль «Арес-Заря» возвращается.
На его борту — девятнадцать детей, родившихся на Марсе. Для них Земля слишком тяжёлая, её воздух — слишком влажный, а люди, отправившие их предков на другую планету, — слишком опасные. Доктор Илья Корсаков должен определить, представляют ли они биологическую угрозу. Однако вскоре понимает: опасаться стоит не детей, а правды, которую Земля сто лет прятала в архивах.
«Пепел Марса» — напряжённая научная фантастика о двух мирах, разделённых не расстоянием, а страхом; о памяти, которую нельзя стереть приказом, и о надежде, которая иногда называется просто работой.
Станислав Придумал - Пепел Марса
Глава 1. Тяжёлая планета
Иллюстрация к разделу: Глава 1. Тяжёлая планета
В день, когда вернулся Марс, в Москве шёл дождь, а доктор Илья Корсаков принимал восьмого ребёнка с лучевой аллергией за неделю. Ребёнок был земной, испуганный и злой, потому что зудел весь, от век до пяток, а мать смотрела на врача так, будто это он лично устроил протечку на старом спутниковом складе за их домом.
Корсаков подписал назначение, объяснил дозировку, выслушал про управляющую компанию, которая снова ничего не сделает, и только потом заметил, что экран служебной связи горит красным. Красным он не горел ни разу за те семь лет, что Илья работал в Институте радиационной медицины. Обычно он мигал жёлтым, если кто-то в министерстве хотел срочный отчёт, или синим, если лаборатория просила подтвердить доступ к образцам.
Красный означал не аварию. Красный означал, что авария уже стала историей.
На экране было короткое сообщение: 'Объект М-17 обнаружен на высокой орбите. Подтвердить готовность группы карантина. Прибытие в закрытый комплекс через шесть часов'.
Илья прочитал его дважды. Потом ещё раз, медленнее, хотя буквы не менялись. М-17 был кораблём 'Арес-Заря', первым межпланетным транспортом марсианской программы. Сто лет назад он ушёл с Земли как флаг, гимн и обещание. Через семь лет после посадки колонии связь оборвалась. Через девять лет официально объявили, что колонисты погибли. Через двенадцать лет на месте стартовой площадки поставили мемориальную стену с именами.
И теперь эта братская могила летела обратно.
Корсаков снял халат, оставил его на спинке стула и пошёл по коридору к лифту. В окне отражался человек сорока двух лет с усталыми глазами, седыми нитями в висках и лицом, которое давно научилось не обещать невозможного. Он лечил людей после облучений, аварий, плохих решений и чужой экономии. Он знал, как тело сдаётся. Он знал, что надежда почти всегда приходит позже диагноза и почти всегда просит слишком многого.
В подземном зале совещаний его ждали трое военных, двое чиновников, биолог Савельева и представитель Объединённого космического агентства по фамилии Тихонов. У Тихонова был вид человека, которому хотелось говорить историческими фразами, но мешала инструкция.
'На борту есть живые', - сказал он вместо приветствия.
Корсаков сел. 'Сколько?'
'Девятнадцать. По предварительной оценке, возраст от восьми до семнадцати. Взрослых нет'.
В зале стало тихо так резко, будто кто-то убрал звук. Савельева первая нарушила паузу: 'Дети колонистов?'
'Потомки', - поправил Тихонов. - Они родились там. На Марсе'.
