Лондон, 16 ноября 1931 года
Томас Грейвз проснулся в половине восьмого от запаха кофе.
Это был особенный запах - не тот, что бывает в ресторанах или кафе, где кофе варят для десятков людей, и он становится частью общего шума. Этот запах был домашним, личным. Он поднимался из кухни, просачивался сквозь щель под дверью спальни и мягко, почти деликатно, тянул Тома из сна. Так было каждое утро. Маргарет вставала первой - привычка, оставшаяся с колледжа, где первый семинар начинался в восемь утра, а она никогда не позволяла себе опаздывать, - и к тому моменту, когда Том открывал глаза, кофейник уже кипел, а на столе лежала свежая газета.
«Таймс». Том не читал других газет. Не потому что считал их плохими, а потому что Айзен когда-то сказал: «„Таймс“ - единственная газета, которая ещё не научилась врать. Остальные врут. „Таймс“ - только умалчивает». Том запомнил это и с тех пор каждое утро начинал с чтения «Таймс». Сегодня на первой полосе писали о забастовке шахтёров в Йоркшире. Том пробежал глазами заголовок и отложил газету. Йоркшир напоминал ему о том, о чём он не хотел вспоминать в воскресенье.
Их квартира находилась на втором этаже дома на Гауэр-стрит - тихой улочке, зажатой между Британским музеем и университетским кварталом. Дом был старым, кирпичным, построенным ещё в середине прошлого века, когда архитекторы верили, что здания должны стоять вечно. Высокие потолки, скрипучие половицы, камины в каждой комнате - всё это придавало квартире особый уют, который Том так ценил. Он вырос в просторном доме на Харли-стрит, где всё было вылизано до стерильного блеска, и теперь наслаждался тем, что его собственное жильё было живым: здесь пахло книгами и кофе, здесь половицы пели под ногами, здесь на подоконнике стояли горшки с геранью, которую Маргарет поливала каждую среду.
Квартира была небольшой, но достаточной для двоих. Гостиная с камином, где они проводили вечера, читая вслух или просто молча глядя на огонь. Спальня с широкой кроватью и старым шкафом, доставшимся от родителей Маргарет. Кабинет Тома - крошечная комната, заставленная книгами по криминалистике и папками с делами. И кухня - самое тёплое место в доме, где всегда чем-то пахло: кофе, выпечкой, сушёными травами, которые Маргарет развешивала над плитой.