Глава 1. ПОСЛЕДНИЙ СВЕТОФОР
Светофор мигнул жёлтым. Я нажала на газ.
Было поздно. Часы на приборной панели показывали начало одиннадцатого, а я только выехала с Третьего транспортного – закончила проект на два дня позже дедлайна, потому что заказчица в четвёртый раз передумала насчёт оттенка бежевого. «Тёплый шампань», а не «холодный лён». Я шесть часов перекрашивала рендеры ради разницы, которую никто, кроме меня, не заметит. Дизайнер интерьеров – это человек, которому платят за то, чтобы он мучительно выбирал между двумя оттенками одного и того же, а потом объяснял, почему этот мучительный выбор стоил денег.
Дождь зарядил полчаса назад – мелкий, противный, московский. Дворники размазывали по стеклу грязную воду. В салоне пахло ванильным освежителем, который я купила на заправке месяц назад и с тех пор жалела – приторный, химический, он въелся в обивку. Я думала о том, что завтра суббота и можно будет спать до обеда. Думала о том, что в холодильнике пусто. Думала о том, что мама снова звонила вчера и спрашивала, когда я «устрою личную жизнь» – это её формулировка, аккуратная, как советская салфетка на телевизоре.
– Никогда, мам, – сказала я вслух, сворачивая к перекрёстку. – Никогда я её не устрою, потому что нормальные мужики перевелись, а ненормальных я сама распугиваю.
Стекло запотело. Я протёрла его рукавом. Жёлтый мигнул ещё раз.
Я люблю жёлтый. Честно говоря, это единственный цвет светофора, который что-то обещает. Зелёный – «давай, шевелись». Красный – «стой, приехали». А жёлтый говорит: «Решай сама». Мне нравится решать самой. Я вообще люблю контроль. Поэтому я дизайнер, а не художник. Художники могут себе позволить хаос. Я – нет. Я выстраиваю пространства, в которых всё стоит на своих местах и ни один угол не торчит без смысла. Если бы мою жизнь можно было отрендерить как интерьер – я бы знала, куда поставить диван и какого цвета сделать стены.
Но жизнь – не интерьер. В жизни всегда остаётся угол, который ты не докрасила, потому что не хватило денег, времени, сил или понимания, зачем ты вообще взялась за кисть.
Чужие фары полоснули по глазам.
Я зажмурилась – инстинктивно, на долю секунды. А когда открыла глаза – перекрёсток был уже не пуст. Слева, со стороны проспекта, неслась фура с прицепом. Тяжёлая, огромная, она ехала на красный – не притормаживая, не снижая скорости. Я увидела её боковым зрением: дом на колёсах, который вдруг решил перейти дорогу.
– Да ты охренел, – сказала я.
А потом поняла, что не успеваю.
Время – странная штука. Когда оно кончается, оно вдруг становится густым, как сироп. Я видела капли дождя на лобовом стекле – каждая отдельно. Видела отсвет фар в луже на асфальте. Видела, как дворник замер в середине взмаха. Видела красный сигнал светофора – он горел как глаз, который подмигивает тебе на прощание.
