Глава 1. Плоть — это клетка
В комнате пахло озоном и прокисшим соевым белком. Узкая полоска окна, заклеенная умной пленкой, давно сбоила, пропуская внутрь мерцание городской рекламы. Каждые три секунды лицо Кая заливало ядовито-розовым светом: «Ешьте в „Био-Тек“! Живите вечно!».
Кай усмехнулся. Жить вечно. Какая ирония.
Он сидел в центре комнаты, в единственном предмете мебели, который имел значение — в ложемента погружения класса «Люкс». На покупку этой капсулы ушли все сбережения, деньги от продажи квартиры родителей и даже почка, замененная дешевым синтетиком, который теперь ныл при каждой смене погоды. Но это больше не имело значения.
Через десять минут ничто из этого не будет иметь значения.
Кай посмотрел на свои руки. Бледная кожа, обкусанные ногти, шрам на запястье — след от аварии на заводе переработки. Это тело было бракованным, уставшим, голодным. Оно требовало еды, сна, тепла. Оно болело. Оно старело.
— Система, статус, — хрипло произнес он. Голос звучал чужим в тишине тесной каморки.
«Биометрия в норме. Синхронизация нейроинтерфейса — 98%. Питательный раствор отключен. Протокол утилизации физического носителя активирован. Ожидание подтверждения», — мягкий женский альт системы звучал заботливо. Слишком заботливо для машины, которая собиралась убить его тело.
Кай взял с пола планшет. На экране
мигал последний чат.
Кому: Алекс (оффлайн)
Сообщение: «Я нашел выход. Не ищи меня в моргах. Ищи меня в Эдеме. Однажды я не вернусь. Сегодня тот самый день».
Он нажал «Отправить». Сообщение ушло, растворившись в терабайтах городского трафика.
В реальности его ждали только долги, кислотные дожди и работа оператором дрона за гроши, которых хватало лишь на аренду этого гроба. В «Эдеме» — глобальной симуляции, заменившей человечеству мечты, — он был Рыцарем Пустоты, владельцем замка на парящих островах, магом 80-го уровня. Там он чувствовал вкус вина, хотя никогда не пил настоящего. Там он любил и был любим. Там он был живым.
Здесь он был просто куском мяса, ожидающим утилизации.
Кай лег в ложемент. Крышка капсулы поползла вниз с тихим шипением, отсекая шум улицы, вой сирен и запах гнили. Темнота стала уютной. В затылок вошла игла нейрошунта — холодная сталь, пронзающая позвоночник. Боли не было, только привычный холодок, разбегающийся по нервам.
Перед глазами вспыхнул интерфейс.
«Внимание! Вы активировали протокол полного переноса сознания. Согласно поправке 47-Б к закону о цифровой жизни, ваше физическое тело будет подвергнуто эвтаназии и последующей переработке для оплаты серверных мощностей. Это действие необратимо. Вы подтверждаете отказ от биологической формы жизни?»
