ОБОРОТЕНЬ
---
Глава 1. Год спустя
Осень в столице выдалась сырой и промозглой. Дожди шли уже третью неделю, не переставая, и даже казарменные стены не спасали от холода, который пробирался сквозь щели и оседал в костях. Элис сидела на подоконнике, прислонившись спиной к мокрому стеклу, и смотрела, как капли скатываются по мутной поверхности, размывая очертания плаца. Внизу, на сером месиве из грязи и воды, никого не было. Только лужи, в которых отражалось тяжёлое осеннее небо. Плац стоял пустым — мокрым, холодным, безжизненным.
За спиной возилась Анна, перебирая вещи в своём сундуке.
— Ты так и будешь сидеть как ворон? — спросила она, не оборачиваясь. — Тренировка через час.
— Успею, — лениво отозвалась Элис. — Глен только что пробежал в сторону комендатуры. Значит, у него опять совещание.
— С чего ты взяла, что совещание?
— А с чего ещё он бегает к коменданту в такую рань? — Элис пожала плечами. — И потом, каждый раз после таких встреч он срывается на новобранцах. Гоняет их до седьмого пота, пока они не начинают падать с ног. А потом всё равно недоволен. Значит, нам с тобой снова придётся его развлекать.
Анна усмехнулась и захлопнула сундук.
Их комната была маленькой: две койки вдоль стен, два сундука, один стол, один стул и узкое окно, выходящее на плац. Им выделили её в первую же неделю службы, когда стало ясно, что две девушки среди сотни парней — это проблема. Не для девушек, для парней. Комендант тогда сказал коротко: «Чтобы не было соблазнов и разборок». И хотя комната была тесной и холодной, Элис и Анна привыкли. Они делили её уже полтора года.
На стене над койкой Анны висел её старый меч — тот, которым она почти не пользовалась. На подоконнике у Элис стояла кружка с засохшим чаем. На столе — засохшее чернильное пятно, которое никто не смывал, и тетрадь Анны, где она иногда записывала свои мысли.
— Ему нелегко, — сказала Анна тише. — После Глама от его отряда осталось только трое. Он, я и Гвоздь. Остальные семь погибли. Ему пришлось набирать новых людей, а пока они не готовы — он сам их тренирует. Хотя никогда тренером не был и не хотел им становиться.
Анна замолчала на мгновение, глядя в стену. Воспоминания о Гламе всё ещё жили в ней — Элис видела это по тому, как напряглись её плечи, как пальцы сжались в кулак.
Элис помолчала. Она знала эту историю — Глен рассказывал коротко, без подробностей, но по его лицу было видно, что он до сих пор помнит каждого из семерых.
— Мог бы просто передать новобранцев кому-то другому, — сказала Элис.
— Мог бы, — согласилась Анна. — Но он сказал: «Это мои люди. Я должен их сделать такими, чтобы они не повторили ошибок». Я за это его уважаю.
