Дневник человека, который умер первым.
Из блокнота доктора Марка Вебера. Найден в руинах станции первых поселенцев. Последняя дата неразборчива. Бумага из прессованного льна, чернила на основе оксида железа и продуктов распада органических тканей.
В 2029 году, когда доктор Ларссон из Стокгольма синтезировал первый прототип «Эос», мы ликовали. Вирус, отключающий апоптоз, переписывающий теломеры так, что они переставали укорачиваться. Лекарство бессмертия.
В 2031 стартовала первая экспедиция поселенцев на Марс. Мы думали, что строим новый ковчег для людей. А на деле построили тюрьму для собственных душ. Вакцина «Эос» обещала нам бессмертие разума, но забыла предупредить: что не всё так просто. Рай был совсем рядом, а мы своими руками захлопнули перед ним дверь.
// ……….ря 204* года.
Я пишу это в колонии поселенцев. Пальцы ещё слушаются. Остальное тело нет, оно медленно гниёт, как брошенный фрукт в герметичном контейнере. Легкие слиплись два года назад. Сердце не бьётся ровно три, сегодня своеобразный юбилей. Но мыслю и всё помню.
В коридорах воют мои одиннадцать коллег. Они не двигаются, но их мозг активен. Я подключался к их сознаниям через нейроинтерфейс. То, что я там увидел, переломало моё представление о реальности. Они постоянно, непрерывно, как зацикленную голограмму на внутренней стороне черепа видят Рай и не могут в него войти.
***
Колония «Арес-1» 7 марта 2033 года.
На Марсе ничем не пахнет. Воздух фильтруется через шесть степеней очистки, и в нём нет ничего, за что цепляется обонятельная память. Но сегодня я проснулся и понял, что различаю запахи микроскопических бактерий. И все они пахнут по-разному. Я лежал в своём модуле, смотрел на серый потолок и пытался классифицировать запахи. Это было первое событие за день.
Колония «Арес-1» — это несколько герметичных куполов, соединённых кишками-переходами. Мы здесь уже два года. Инженеры, геологи, биологи, связист и я, врач вирусолог, всего двенадцать человек. Вообще-то вирусологу на Марсе делать нечего, но я здесь по личному настоянию Ларссона. Он очень надеялся, что мы получим одобрение на испытание вакцины «Эос», что потребует постоянного мониторинга на месте.
Именно в это утро всё и началось. Ларссон вышел на связь по защищённому каналу. Его лицо на экране было осунувшимся. С тех пор, как мы получили первые результаты с мышами, учёный спал редко, не выспавшийся он был и сейчас, это было видно по лопнувшим капиллярам в глазах.
— Марк, у меня новости, — сказал он. — Экспертная комиссия из Женевы дала предварительное добро на испытания.
