— Лада, Ладушка, ах какое красивое имя, — нараспев повторял Эдуард. — Я думал, так уже никого не называют. Или это псевдоним?
Эд был наслышан об активировавшейся моде на всё славянское. Одежда, музыка, экскурсионные туры, даже дома — настолько русской обстановка вокруг при его жизни ещё никогда не была. Даже среди угрюмых друзей-заводчан вдруг завелись специалисты по ферментации Иван-чая, коллекционеры бабкиных рушников и охотники за старинными наличниками. А потому и имени новой знакомой он не сильно удивился.
Идущая впереди девушка обернулась и потупила глаза.
— Почему же? Имя самое что ни на есть настоящее. Русское. Старое просто.
В Хотылёво Эд бывал не единожды. Гулял по тенистым аллеям могучих дубов и лиственниц, сидел на каменных ступенях — последних артефактах некогда красивейшей усадьбы, общался с работающими тут по лету историками и волонтёрами, кормил комаров — куда же без них. Каждый раз видавшее живую Тенишеву место раскрывалось по-новому. Вот и теперь мужчина решил во что бы то ни стало отыскать каменный мостик в виде арки. В парковой аллее при жизни хозяев таких было два — подарок друзей-архитекторов. Сохранился один, да и тот утонул в зарослях, скрывшись от глаз посетителей.
— Родители у вас, смею предположить, затейники. Краеведы, наверное, или какие-нибудь поклонники преданий седой старины? — решил слегка пококетничать с провожатой Эдуард.
Девушка запрокинула голову, от души рассмеялась и сделала резкий разворот на 360 градусов. Её длинная юбка-солнце приподнялась, продемонстрировав голые лодыжки. Девушка поймала её обеими руками и присела, будто готовясь к прыжку.
— Да ну, какие краеведы, что ты! Папенька у меня леший, маменька — кикимора!
— Хех, — оценил шутку Эдуард. — И как я сам не догадался!
Молодой человек в умилении зажмурил глаза. Девушка же приложила ладошку ко рту и юркнула за поворот, явно приглашая гостя сыграть в догонялки. Эдуард этим маршрутом сегодня уже хаживал. Знал, что впереди пляж, озеро и густо поросший зеленью склон холма. А потому торопиться не стал. Решил ещё раз насладиться уже знакомым ароматом. Густой и терпкий, немного сладкий запах источали богатые заросли подмаренника, пустырника и дурман-травы. Эд не испытывал тяги к сбору букетов, а вот лишний раз подышать полем и лесом был не дурак.
— Нам туда, — махнула рукой Лада куда-то вправо.
— Уверена? — нахмурился Эд.
Именно этой тропинкой он пытался добраться до арочного моста, не сумел и потому вернулся к каменной лестнице в поисках помощников. Парни в садовых перчатках, которых он видел на старте прогулки, исчезли. Правда, огорчался Эдик недолго: по ту сторону усадебного пригорка, ближе к Десне рвала полуметровую сныть красавица в фольклорном наряде.
