Мне тридцать два, и я давно перестала верить в сказки.
Сказки — для тех, у кого есть выбор. У меня его не было никогда.
Свадьба чужого клана — это всегда пытка, но эта особенная выдалась особенно изощрённой. Тяжёлые шторы цвета старого золота отгораживали зал от ноябрьской московской промозглости. Хрустальные люстры лили ровный свет, от которого у меня неизменно болела голова. Агентства по организации праздников вкладывали в такие мероприятия душу, и я невольно восхищалась их самоотверженностью, потому что всё это великолепие было призвано скрыть главное: свадьба — это всегда война, только под маской церемонии.
Я сидела за столом, отведённым для союзнических семей, и держала бокал шампанского, которое не пила. Не потому, что не хотела. Потому что не могу. Алкоголь притупляет мои чувства, а я не имела права позволить себе хотя бы на минуту выпасть из-под контроля.
Вечернее платье — чёрный шёлк с высоким воротником — сидело как влитое. Единственное преимущество быть дочерью главы самого закрытого магического клана в России: ты всегда выглядишь безупречно, даже когда внутри всё рушится.
Я наблюдала.
Наблюдение — мой дар и моё проклятие одновременно. Я вижу то, что другие не замечают. Вижу, как пальцы жены главы Волкова подрагивают, когда она поднимает бокал. Вижу, как молодой оборотень у входа нервно касается нательного амулета — то ли оберег, то ли передатчик. Вижу, что жених — Артём Волков, сын главы ближайшего союзника — смотрит на невесту с выражением, которое ни один нормальный мужчина не демонстрирует на собственной свадьбе. Это не любовь. Это расчёт, доведённый до совершенства.
И я вижу его.
Он стоял у колонны, в тени, и смотрел на меня.
Серые глаза. Холодные, как московская зима за окном. Высокий — не менее метр девяносто пять. Чёрный костюм, сидевший так, будто его шили специально для того, чтобы подчёркивать каждую линию широких плеч. Волосы — тёмные, чуть длиннее, чем принято у оборотней, что в их мире означало только одно: он мог себе это позволить. Он был достаточно сильным, чтобы позволить себе выглядеть как угодно.
