В середине зимы болезнь отступила и Янг Леман наконец-то смог позволить себе длительную прогулку. Заточенный в своем большом каменном доме с самой осени, сегодня он с нетерпением поглядывал в окно. Ему хотелось сбежать, неважно куда. Хотелось окунуться в холодный туман, вдохнуть запах хвои и мокрого снега и почувствовать на лице ветер.
Управляющий, одетый в черное пальто, сутулясь и похлопывая себя по плечам, вышел на улицу. Исполняя приказ, он подготовил и подогнал машину к парадному крыльцу. В просторной, светлой столовой, где хозяин поместья заканчивал свой завтрак, было слышно, как жесткие резиновые колеса с сахарным хрустом мнут застывшую за ночь снежную кашу.
Утро было тихим, воздух застыл. На короткое время пелена облаков приподнялась и тогда, между темным лесом и мрачной рваной облачной кромкой, совсем ненадолго показалось удивительное, чистое, малиново-голубое небо. А также край восходящего, яркого солнца, пока еще недоступного для жителей северной части страны. К тому времени, как хозяин вышел из дома, нараспашку, лишь небрежно накинув поверх светлой сорочки длинную волчью шубу, солнце уже закатилось за серое небесное покрывало.
От дыхания шел пар. Управляющий Филс, ожидая приказа трогаться, растирал свои покрасневшие ладони. Янг Леман, устроившись на обтянутом кожей сидении, закутался в шубу и затаился.
Это был бледный, худой, совсем еще молодой человек. Он молчал, глядел в окошко, усталое после долгой болезни лицо его было неподвижно. Можно было предположить, что он размышляет о чем-то важном. Но на самом деле, он всего лишь любовался старой пушистой сосной. Смотрел на то, как с мокрой хвои медленно стекают и падают в снег крупные и прозрачные капли.
Воздух пах сосновой смолой, горьковатым печным дымом, выходящим из возвышавшихся над лесом кирпичных труб. День обещал быть сырым и промозглым. Для восстановления сил Леману было нужно солнце. Но солнца не было видно уже четыре месяца. Янг знал, что, когда оно, наконец, появится: улыбчивое, оранжевое, похожее на раскаленное плоское блюдо, морозы еще вернутся. Снег тогда станет сверкать, схватываться в алмазную крошку и солнечно-розовое дыхание будет вырываться из каждого рта. В этот момент и придет в их лесной край настоящая весна.
- Филс, поехали к крепости, - скомандовал Янг.
Ехали долго. Дорога петляла через старый сумрачный лес. Под тяжестью мокрых снежных шапок сосны склонили широкие ветви почти до самой земли. Машину качало на насыпной песчаной колее, мотор мерно гудел. Лисица, выскочившая было на просеку, запаниковала. Спасаясь от невиданного рычащего чудовища, она бросилась обратно в чащу.
