Марго Белышева. “Незамкнутая руна”.
Глава 1. Последний месяц смертной жизни.
«Человек человеку должен быть другом».
— Один, «Речи Высокого».
Меня всю трясло. Разумом я понимала, какую огромную работу проделала: моё исследование о рунных виршах исландцев получилось сильным — я действительно в это верила. Я опиралась на труды Йоун Оулавссон и сопоставляла графические изменения рун Старого и Нового миров. Но сердце предательски сомневалось: достоин ли мой диплом той оценки, которая вот-вот должна была вспыхнуть на синем табло в главном зале университета.
— Не дрейфь. Ты красотка, получишь и высший балл, и свой диплом с отличием, о котором так мечтала.
Астрид взяла меня под руку и легко толкнула плечом. Я натянуто улыбнулась.
Мы прошли вместе всю магистратуру и за это время успели стать настоящими подругами. Я бы даже сказала — она была единственным человеком, которому я по-настоящему могла доверить свои страхи и переживания. С тех пор как я решила уехать из Рейкьявика в Акюрейри, чтобы получить диплом филолога скандинавской литературы, именно Астрид не позволяла мне окончательно утонуть в одиночестве.
Не то чтобы мне было тяжело одной. Я всегда скорее тянулась к тишине, чем к людям. Но всё же мне было приятно знать, что в чужом городе появился кто-то свой.
Папа долго не хотел меня отпускать. Один диплом филолога зарубежной литературы у меня уже был, и с его точки зрения этого более чем хватало. Но он знал, как сильно с подростковых лет я болела скандинавскими мифами, сагами и историей викингов. В конце концов он махнул рукой и сказал, что я уже не ребёнок, чтобы держать меня возле себя. За это я была ему благодарна.
Я старалась звонить ему каждую неделю, иногда — раз в две. У меня не было ни братьев, ни сестёр, а мама ушла, когда мне исполнилось два года. Мы с отцом никогда не говорили о ней. Он так и не встретил новую любовь, хотя я не раз предлагала ему завести Tinder или хотя бы сходить со мной на публичную лекцию, концерт или какое-нибудь мероприятие, где люди знакомятся без помощи алгоритмов. Но он только отмахивался. Это был его выбор, и я научилась его уважать.
Синее табло вспыхнуло ярче, и я нервно сжала руку Астрид, закусывая нижнюю губу от напряжения. Экран обновился и строка за строкой вывел результаты пятнадцати студентов, защитившихся сегодня.
Я судорожно пробежалась взглядом вниз по списку.
Эйлин Сигурдсдоттир — 10.
Из груди вырвался облегчённый выдох. Высший балл. Тот самый, к которому я шла так долго.
Астрид, увидев свою восьмёрку за исследование взаимосвязи богов и древа Иггдрасиль, радостно взвизгнула так громко, что у меня зазвенело в одном ухе, а затем крепко стиснула меня в объятиях.
