— Небо ответило...
Голос старика в бело-золотом одеянии дрожал от едва сдерживаемой радости, и Рае даже показалось, что в его бледно-голубых глазах блеснули слезы.
Сама она сидела на холодной каменной ступени, одной рукой сжимая тонкую золотую нить, другой придерживая ушибленное колено, и пыталась понять, почему потолок над ней такой высокий. Он совершенно точно не принадлежал ее родной мастерской, и это само по себе было очень плохим знаком.
Всего пару минут назад она стояла у реставрационного стола, щурилась на старый гобелен с драконом и думала, что человек, пришивший нижний край грубой золотой нитью, явно ненавидел ткань, искусство и человечество в целом. Потом из основы выбился тонкий золотистый кончик. Рая, как нормальный специалист с уставшей спиной и нездоровым чувством ответственности, взяла пинцет и потянула — ровно настолько, насколько позволяла нить.
Ткань вдруг дернулась ей навстречу. В буквальном смысле.
Пол ушел из-под ног. Воздух ударил в лицо. Кто-то пронзительно вскрикнул — возможно, она сама, но Рая пока не была готова признавать это без независимой экспертизы, — а потом ее швырнуло на что-то твердое, холодное и крайне недружелюбное к человеческим коленям.
Первые секунды после падения она не могла связно мыслить. Перед глазами плыли темные каменные своды, золотые огни и чужие лица. Камень под ладонью был ледяным и шершавым, ушибленное колено саднило так сильно, что хотелось в голос выругаться, но почему-то даже на это не хватало дыхания. Она моргнула раз, другой, но мастерская с реставрационным столом и старой лампой с треснувшим плафоном не вернулись.
Рая машинально потянулась к карману за телефоном и только тут вспомнила, что оставила его на столе, рядом с журналом осмотра. Эта простая бытовая деталь оглушила сильнее самого удара об пол. Телефон остался там, в ее привычном мире. А она, судя по всему, уже нет.
За спиной что-то тихо потрескивало и светилось. Рая медленно оглянулась. На стене висело огромное старинное полотно, в середине которого зиял светящийся разрыв. У ног тяжелой складкой лежала сорванная драпировка, а перед ней был зал, слишком большой, темный и торжественный для обычного несчастного случая на производстве. Каменные стены, высокие своды, чаши с пламенем и широкий круг у подножия ступеней.
Именно в эту секунду Рая наконец поняла, как попала сюда. Через разрыв в гобелене.
Рая перевела взгляд на золотую нить в своей руке и с запоздалой, совершенно бесполезной ясностью подумала, что мама все-таки оказалась права. Надо было идти в бухгалтерию. Там, по крайней мере, риск провалиться сквозь настенный текстиль в неизвестный храм стремился к нулю.
