1.
Жил-был на свете человек без улыбки. То ли в детстве он её потерял, то ли уже был рождён с этим — не знаю. Вот только жил он так же мрачно, как и его отражение в старом зеркале. Пил он только чёрный кофе без сахара, носил чёрную одежду, работал в тёмном подвале кладовщиком и носил огромную чёрную шляпу. Всегда ходил с чёрным зонтиком в чёрных калошах, и, когда выходил на улицу, солнышко пряталось и начинал накрапывать дождь. Всё у этого человека было по порядку: завтрак, обед, ужин, сон. И так изо дня в день. Не любил он только праздники и выходные, потому что не знал, куда себя девать в эти дни. С самого утра он вставлял затычки в уши, закутывался в одеяло и валялся весь день в кровати. Мог даже не есть и не пить. Так он не любил праздники.
Но однажды всё переменилось. Однако прежде чем начать эту удивительную историю, заглянем в личное дело Константина Сергеевича Горемыкина.
2.
Склад, которым заведовал К. С., был образцом порядка и умиротворения. В подчинении у Горемыкина было всего два человека: Федька — он отвечал за нумерацию палетов, их сборку и загрузку, — и Мирон Степанович. Он выполнял разные функции в зависимости от нужд, диктуемых обстоятельствами. Несмотря на то, что этих людей было всего двое, работали они как целая команда.Склад этот нёс стратегически важное значение для города «Н»., потому что обеспечивал необходимым почти все магазины, кроме частных лавочек. Константина Сергеевича в городе знали все. И все знали, что его лучше не трогать. Особенно в праздники. А день, который я буду описывать, был как раз таким. Это было 31 декабря.
3.
С самого утра на улице царила суета и веселье. Из‑за стен доносилась праздничная музыка, люди шныряли из магазина в магазин в поисках лучшего подарка, часы на городской башне отбивали каждый час, приближая праздник, и, как только звучала их музыка, люди начинали двигаться быстрее.
В такие дни, как я написал выше, Константин Сергеевич закапывался в одеяло и закрывал все шторы в квартире. Но сегодня на складе произошло ЧП, и его, к его великому сожалению, вызвали на работу.
Он давно привык к тому, что, когда он выходит на улицу, небо хмурится и выпадают разного рода осадки. Его ещё потому радовал этот факт, что люди, как правило, спешили спрятаться куда‑нибудь под крышу и освобождали тем самым ему путь до работы. Сегодня мало что поменялось в небесной канцелярии, но люди…
Когда К. С. вышел из своего подъезда, ожидаемо для него, но неожиданно для других, повалил снег. Он был очень крупный и частый. Буквально за секунды он создал неимоверно длинные пробки и выкрасил серый город в кипельно‑белый цвет. По традиции все должны были разбежаться по домам, но не тут‑то было. Народ начал толпами вываливать из домов, как будто с неба сыпался не снег, а денежные банкноты. Дети, родители, бабушки и дедушки… Даже господин мэр города «Н». в полном составе своей семьи вышел на улицу и взял на себя руководство над детьми по сооружению снеговой башни как будущего укрепления для игры в снежки. К. С. поморщился, завернулся поглубже в пальто и медленно начал пробираться к работе. Он всячески пытался обойти шумные толпы детей, играющих в снежки, переступал через маленьких собачек, кидающихся под ноги и валяющихся в снегу; он даже смог проскочить в коридоре горожан, собирающихся идти «стенка на стенку», вооружившись разнокалиберными снежными снарядами. Но он не смог проскочить мимо мэра, который, кажется, только и ждал, когда же К. С. выйдет из дома.
