Леин опаздывала, безжалостно опаздывала, несмотря на тщетные попытки успеть к положенному сроку. По её подсчетам, праздник, вечер в честь помолвки отца, давно начался. Известие о скорой женитьбе застало Леин врасплох: она не желала знакомиться с новой «мамой», её жизнь с отцом давно устоялась, и ей не хотелось нарушать привычный порядок вещей. Но неделю назад отец сообщил потрясающую новость – он женится! За него она, конечно, рада, а вот за себя…
Проворно соскочив со ступенек поезда и выбежав из вокзала на улицу, Леин чуть не столкнулась с дворником, который, заканчивая рабочий день, обстоятельно осматривался по сторонам. Она извинилась, поспешно пересекла привокзальную площадь и побежала к пристани. Издали заметив, что речной трамвайчик собирается отчалить, Леин, словно ветер, промчалась по причалу и в последнюю минуту запрыгнула на палубу.
– Сейчас, – порывшись в кармане сумки, Леин извлекла на свет деньги и протянула их жилистому мужчине-кондуктору, одетому в серую униформу. – Плата за проезд.
Пока трамвайчик мчался к набережной, преодолевая быстрое течение реки Илги, Леин стояла на носу судна и всматривалась вдаль.
Радостный на удивление тёплый осенний вечер заставлял сердце тоскливо поднывать, предчувствуя скорое расставание. Мягко пламенеющее, уже угасающее солнце прятали за блеклыми полупрозрачными боками небольшие тучки, но светилу они не были помехой. Ровным тёплым светом лучи рассекали преграды и золотили землю. «Колонны», тянувшиеся от корней деревьев, постепенно удлинялись и превращались в неимоверных гигантов. Тут на помощь тучам пришёл сумрак. Подчиняясь его натиску, лучи медленно потускнели и угасали. Ветер к вечеру стих, притаился в ветвях деревьев и изредка напоминал о себе, шелестя желтеющей листвой. Напоенный солнцем воздух нехотя остывал. Мир погружался в страну теней.
Леин предвкушала события праздничного вечера. От переполнявшего её радостного возбуждения разыгралось воображение. Вспомнив книгу с живописными иллюстрациями бала, она представила дам в воздушных платьях и кавалеров в элегантных костюмах. Кавалеры, изящно кланяясь, приглашали дам на танец, и те, присев в лёгком реверансе, охотно соглашались. Кружась в стремительном вальсе, пары скользили по паркету. Яркие картинки сменяли одна другую и не давали опомниться. Живой ум без труда воссоздавал необходимые образы. Леин ощущала аромат духов, слышала музыку и звон бокалов, чувствовала общее воодушевление и невольно заражалась им.