Она шла по полю.
Трава стелилась перед ней неровным выцветшим ковром. Казалось, каждая травинка гнётся до самой земли, падает ниц пред той, что пришла босая.
Она шла по полю, бесшумно ступая, едва передвигая почти разучившиеся ходить ноги, не чувствуя холода, шла. И свернувшиеся, клубящиеся над её головой тучи наливались тяжестью, темнели, уже не сдерживая раскаты внутри себя, уже готовые разразиться дождём, залить слезами путь той, что наконец-то нашла сюда дорогу.
Она шла, и ветер рвал её чёрное платье. Мрачным шлейфом оно струилось позади, сломанными крыльями, не способными поднять в небеса. Ветер рвал беспощадно, зло, словно хотел обнажить и тело её, и душу. Раскрыть давно забытую правду, разжечь с новой силой давно уснувший в груди огонь.
Она шла по полю, слушая дыхание земли, читая её стоны и различая растворившиеся во времени крики. Здесь под ногами было пролито так много крови! Сколько её впитала земля? Столько, что полюбила этот вкус.
Она шла, и вороны кружили над полем, следовали за ней будто свита, точили клювы об осколки присыпанных песком черепов. Одинокая змейка, проскользнув в пустую глазницу, исчезла в траве. А та клонилась всё ниже, ниже, лишь бы угодить хозяйке, такой слабой, но не сдавшейся, идущей к своей цели.
Она шла, словно воплощение самой Смерти, чёрным пятном, бесшумно ступая и прислушиваясь к голосам, зная, что тот, кто ей нужен, будет молчать. Зная, что найти его и поднять, вернуть душу и вдохнуть жизнь в давно истлевшие кости – почти невозможно. Хватит ли сил у той, кому в прежние времена не было равных, той, что владела миром, а сейчас – резкий порыв без труда мог бы опрокинуть её наземь? Хватит ли сил у той, что, наконец, вырвалась из многолетнего плена, освободилась из ловушки, подстроенной для неё богами? Они предали её.
Она шла… Она знала, верила, что сможет его вернуть. Сможет. Пусть даже это будет стоить ей слишком дорого. Пусть! Она отдаст всю свою магию, всё, что у неё было и могло бы быть. Всё! За то лишь, что он будет жить.
Только… узнает ли он её, вернувшись оттуда?
Смогут ли они воскресить то, что связало их на года, то, что не позволило ей умереть? Вспомнит ли он её и сможет ли полюбить? Вновь.
