Я не дышу.
Я знаю это так же ясно, как раньше знал вкус воздуха после дождя.
Холод проходит сквозь меня, не задерживаясь. Он не кусает кожу – у меня больше нет кожи. Иногда я думаю, что, если закрою глаза, то исчезну окончательно. Растворюсь в темноте, из которой вышел. Но каждый раз остаюсь.
Потому что она здесь. И её свет пытается меня согреть.
Юми сидит за столом, склонившись над тетрадями. Лампа над её головой даёт тёплый, слишком живой свет. Он скользит по её волосам, по линии плеч, по пальцам, сжимающим ручку. Она хмурится, перечёркивает строчку и замирает, будто прислушивается к чему-то внутри себя.
Я знаю этот момент.
Мгновение, когда человек чувствует, что мир чуть-чуть сдвинулся, но ещё не может понять как именно.
Я не помню, как оказался здесь.
В моей памяти нет удара, нет боли, нет крика. Только ощущение падения – слишком долгого, слишком тихого. А потом – пустота. Густая, вязкая, как вода без света. И вспышка в миллиарды звёзд, скрывающая новый, странный и пугающий мир, будто сотканный из снов и иллюзий. Меня то втягивает в его недра, то выпускает обратно в мир людей – тех, кто теперь не способен даже услышать мой голос…
Я думал, что это и есть конец.
Но затем появилась она.
Юми встаёт, подходит к окну. За стеклом – дождь. Он льёт так, будто небеса пытаются смыть город с лица земли. Юми смотрит на отражение в тёмном стекле – и на мгновение мне кажется, что она видит меня. Мой силуэт. Мою тень, слишком неправильную, чтобы быть просто игрой света.
Я замираю.
Если она обернётся сейчас – я не знаю, что случится.
Не знаю, выдержит ли она это.
Не знаю, выдержу ли я.
Юми не оборачивается. Вместо этого она обнимает себя руками – жест, который ранит сильнее любого воспоминания. В этот момент я понимаю: она одинока. Гораздо больше, чем думает. И гораздо больше, чем должна быть.
Я чувствую это слишком ясно.
Я не должен быть здесь. Я – икирё, душа, застрявшая между телом и смертью. Я должен искать путь назад. Или вперёд. Но не стоять в чужом доме, не наблюдать за чужой жизнью, не привязываться к девушке, которая даже не знает моего имени.
Но если я уйду – что-то сломается. Я вижу это в тенях, что собираются у стен. В шорохе за её спиной. В том, как воздух рядом с Юми становится плотнее, будто мир духов уже заметил её.
Она нужна им.
А я – единственное, что стоит между ними.
Когда Юми ложится спать, я остаюсь у окна. Ночь сгущается, и город за стеклом кажется ненастоящим. В отражении я едва различаю себя – расплывчатую фигуру, след человека, которым я когда-то был.
Я не знаю, сколько времени мне отпущено. Не знаю, вернусь ли в своё тело. Не знаю, чем закончится эта история.
