Дожди умыли пыльные улицы, деревья распушились, оживив свежей зеленью каменную округу. Цветочные композиции расстелились как у подножия домов, так и на их балконах, добавляя красок. Лето вступало в свои права, приводя большой город в чувства. Золотой логотип всем известной компании сиял на фасаде научного центра в свете яркого полуденного солнца. Но тёплые лучи, пение птиц и ароматы цветов, принесённые порывом разгулявшегося ветра, не проникали в само здание, где жизнь будто остановилась.
Тяжёлая дверь скрипнула, и в кабинет зашли двое. Офисные лампы потрескивали почти в такт каблукам, стучавшим по мрамору. К единственному столу, за которым сидел тучный сотрудник в костюме, подошла пара – мужчина и женщина. Посетители выглядели напряжёнными.
– Задержались по семейным обстоятельствам, – невысокая изящная брюнетка тщетно пыталась стряхнуть с платья чёрно-белые шерстинки.
Сидящий протянул ладонь для приветствия, но прежде чем ответить на рукопожатие, голубоглазый плечистый спутник дамы отодвинул стул для супруги. Затем он снял с себя кожаный плащ и, разместив его на спинке, присел.
– Эдвард, рад встречи, – голос сотрудника отличался липкой приветливостью. – Но я не до конца понимаю её смысла, я уже всё объяснял Агате…
– А теперь объяснишь мне, – суровый тон гостя говорил о боевом настрое, а копна непослушных каштановых волос и грубая щетина придавали лицу немного дикарский облик. – Давно не виделись, Варис.
Эдвард, наконец, поздоровался в ответ. Сжав крепко руку, он почувствовал странное давление и нахмурился. Попытавшись убрать ладонь – понял, что не может этого сделать.
– Мои извинения… – разнервничавшийся тучный мужчина дёрнул руку, и присоски, расположенные по её внутренней стороне, вытянулись и отклеились с хлопком. Он неловко подметил, поправляя манжеты: – С возрастом их стало больше.
Эдвард внимательнее оглядел собеседника: чёрные маслянистые волосы поредели, вокруг впалых, почти прозрачно-серых глаз нарисовались морщины, и по лицу местами распространилась мелкая бурая сеточка. Этот человек сильно изменился с тех пор, как Эдвард видел его в последний раз. Тогда его отец ещё был жив.
– Мы просто хотим знать, какую роль Генри сыграл в том вашем проекте, – разговор продолжила Агата. – Сколько лет я сотрудничаю с компанией…
Когда она наклонилась за бумагами в сумке, прядь волос, уложенных в аккуратное каре, дотронулась до щеки. Нежный голос и мягкое прикосновение к кисти грозного мужа обещали Варису разрядить обстановку. Но в следующую секунду на стол с шлепком упала папка, и зелёные глаза сверкнули гневным блеском:
