Российская империя
Великий Новгород
– Сюда! Вот сюда, проезжайте, пожалуйста!
Невысокая женская фигурка в светлой куртке призывно замахала рукой, и водитель, коротко кивнув, крутанул руль и направил машину на встречную полосу. «Скорая» аккуратно протиснулась между автомобилями на перекрестке и замерла, заглушив мотор. А через несколько секунд стих и вой сирены.
Больше спешить было некуда.
Фельдшер – старичок в круглых очках и белом халате – выбрался с пассажирского сиденья, ловко подхватил сумку с инструментами и суетливо зашагал по асфальту. Но, не пройдя и половины пути, остановился и сокрушенно махнул рукой.
Зря торопились.
От страшного удара грузовик слегка развернуло к тротуару. Или водитель сам пытался уйти от столкновения, в последний момент разглядев летевший на полном ходу мотоцикл. Тот лежал чуть в стороне – видимо, отскочил, оставив на борту машины здоровенную вмятину. Переднее колесо с рулем и фарой будто срезало ножом, а выкрашенный в темно-синий цвет бак съехал с выгнувшейся рамы набок, лишь чудом не залив все вокруг бензином.
– Вот там… парень, молодой совсем. – Женщина в куртке – наверное, она и вызвала «Скорую» – потянула фельдшера за рукав. – Быстрее!
– Да куда торопиться, сударыня… – отозвался тот. – Ему уже без надобности.
Старик прослужил на улицах Новгорода без малого двадцать лет. Видел аварии и пострашнее этой. И не без основания считал себя человеком, способным безошибочно определить наиболее вероятный исход, лишь взглянув на искалеченную технику.
В случаях вроде этого на тело можно уже не смотреть. После такого не поднимаются – ни сейчас, ни через полгода… никогда. Успей грузовик отвернуть еще немного, сработай тормоза на мотоцикле как следует – тогда, пожалуй, еще оставались бы шансы.
У распростертого на асфальте парня в шлеме и куртке из толстой кожи шансов не было никаких.
– Упокой Матерь его душу, – вздохнул фельдшер. И развернулся к санитару. – Пиши бумагу, Демьян. Нечего тут…
– Никак, рано писать, Егор Вячеславович. – Плечистый коротко стриженный детина склонился над неподвижным телом. – Дышит еще… Живой, зараза!
– Да быть такого не может! – Фельдшер бросился к мотоциклисту, едва не зацепив плечом женщину. – А ну-ка…
Санитар не ошибся: парень действительно не спешил отправиться на тот свет. И не только дышал, но и шевелился, а сейчас даже попытался приподняться на локтях.
– Лежи, дурья башка! – проворчал фельдшер, прижимая изувеченное тело к асфальту. – Тебя ж поломало всего!
Бесполезно. Столкновение и удар о борт грузовика должны были превратить внутренности парня в одно сплошное месиво, но под перепачканной грязью и машинным маслом курткой скрывалась мощь подъемного крана. Через несколько мгновений к фельдшеру присоединился санитар, однако даже вдвоем они едва справлялись с мальчишкой, в котором было от силы семь десятков кило.
