Глава 1. Библиотекарь, заснувший с книгой
За окном барабанил дождь. Тот самый осенний дождь, который превращает город в размытое акварельное пятно и заставляет кутаться в пледы даже самых стойких жителей. В квартире было тихо, если не считать мерного тиканья часов на кухне и шелеста страниц.
Вера потерла уставшие глаза. Стрелки на часах показывали половину третьего ночи. Завтра – вернее, уже сегодня – ей нужно было вставать в семь, чтобы открыть библиотеку. Но оторваться было невозможно.
На коленях лежал том в твёрдом переплёте. Чёрная обложка, серебряное тиснение: «Корона и пепел. Книга третья. Финал».
Вера знала эту книгу наизусть. Она прочитала её ещё в день выхода, потом перечитала через неделю, чтобы успокоить нервы, и ещё раз месяц назад, когда решила подготовиться морально. Она работала библиотекарем не потому, что любила тишину, а потому, что любила миры, которые прячутся между строк. Но «Корона и пепел» была особенной. Это была её зависимость. Её проклятие.
– Ну почему, Мора? – прошептала Вера в пустоту комнаты. – Почему нельзя было просто уйти в отставку?
Она смотрела на страницу сто сорок вторую. Здесь, в роскошном королевском саду, под сенью мраморных статуй, леди Мора произносила свою последнюю роковую фразу. Холодная. Расчётливая. Обречённая.
Вера ненавидела Мору. Не той детской ненавистью, когда читатель хочет, чтобы злодей получил по заслугам. Это было глубже. Вера ненавидела её слепоту. Мора могла иметь всё – власть, влияние, ум, – но выбрала путь интриг, отравленных бокалов и предательств. Она была идеальным злодеем для этой истории. Слишком идеальным.
«Её следует казнить на третьей книге», – так писал автор в интервью. И он сдержал слово.
Вера провела пальцем по строке, где описывался приговор. Глава королевской стражи, Каэн. Человек-тень. В книге у него было всего несколько сцен, но именно он должен был надеть на Мору оковы. Именно его голос должен был провозгласить конец её жизни.
– Жестоко, – выдохнула Вера, откидываясь на спинку дивана.
Её квартира была маленьким царством бумаги. Стены исчезали за стеллажами, ломящимися от фолиантов. Здесь пахло ванилью, старой пылью и клеем. Запахом безопасности. Вера чувствовала себя здесь хозяйкой судьбы. Здесь, среди книг, она могла контролировать всё. Она знала, кто умрёт в следующем абзаце. Знала, кто предаст ради любви. Знала, что злодейка не получит шанса на искупление.
Но сегодня, читая знакомые строки в сотый раз, Вера почувствовала странный укол в груди. Не жалость к Море – нет, Мора заслужила свою участь. А ощущение… незавершённости. Будто между строк скрыто что-то, чего она не заметила за всеми этими чтениями.
