Вдоль дороги, рядом с центральным входом на пляж, строители князя Волконского организовали парковочный карман машин так-эдак на двадцать. Сюда-то и зарулили автомобили семьи Орловых; здесь-то мы с ними и встретились.
Утро, будний день. Светит солнце. Птицы может быть и поют, но их не слышно – мимо по трассе несётся довольно плотный трафик. Через дорогу в «Грузинском Дворике» завтракают и глазеют в нашу сторону дальнобойщики, – дюже им интересно, что у нас тут такое происходит. А происходит у нас пока что молчаливая бычка. Вдова Орлова, как ей и полагается, осматривает меня с брезгливостью и пренебрежением. Я, как и полагается мне, стою чуть развязно. Смотрю прямо и всем своим видом излучаю «маскировочную» мысль: «Ну да, я быдло, и чо ты мне скажешь?»
А в параллель рядом с нами происходят ещё две зарубы в гляделки. Первая между Солнцевым и юристом Орловой, а вторая между охранниками; куда ж без них? СБ-шники Орловых одеты в строгие костюмы и солнцезащитные очки, а мои красавцы стоят в цветастых шёлковых халатах с дракончиками.
Мансур, – кожей чувствую, – уже врубил на всякий случай свою магию. Замедлил для себя время, чтобы если что среагировать быстрее. А Ержан рядом: переминается с ноги на ногу, поглядывает по сторонам, и истинно таксистским манером крутит в руках китайские нефритовые чётки. Короче говоря, парень изо всех сил делает вид, что ему скучно, хотя готов в любой момент сорваться в бой.
И как же всё-таки хорошо, что бою не быть.
– Будем разговаривать здесь? – первой нарушила молчание вдова Орлова.
– Ага, – ответил я. – Здесь.
– Хм, – ответ её явно не устроил, и она попробовала ещё раз: – Может пройдём куда-нибудь, где будет потише и поудобней?
– Не-а.
На пляж я Марковну не пущу. Не то, чтобы мне было жалко, просто уж больно хочется выказать своё неуважение. Так что пускай для разнообразия постоит на обочине и поглотает дорожную пыль.
– Ну хорошо, – сказала Орлова и вновь обвела меня взглядом; на сей раз насмешливым. – Так вот как выглядит щенок моего мужа.
– Первенец, – поправил её.
И снова молчание. И снова гул пролетающих мимо машин.
– Понятно, – тяжкий наигранный вздох вдовы. – Нормального общения у нас с тобой не получится, верно? Войцех! – тут её голос сорвался на визгливую ноту. – Передай ублюдку документы!
Штатный крысолюд Орловой пошарился в своём портфельчике, передал Яков Санычу какие-то бумаги, и тот сразу же занырнул в текст.
– Это договор о досудебном урегулировании, – пояснила вдова. – Ни к чему предавать дело широкой огласке и лишний раз тревожить серьёзных людей. Ты хочешь процент? Вот он, на бумаге. Почувствуй нашу щедрость, выродок…
