Ступеньки четвертого этажа отозвались тупой болью в колене. Лифт в старой пятиэтажке сдох еще в прошлом месяце. Ремонтировать его никто не собирался.
Макс выдохнул, перехватил тяжелый пакет с продуктами. Пальцы онемели от тонких пластиковых ручек. Пакет врезался в бедро.
В подъезде пахло жареной рыбой и старой пылью. Обычный вечер вторника. Серость, впитавшаяся в стены.
Макс достал ключи. Связка звякнула в тишине. Громко. Слишком громко.
Он замер на долю секунды. Что-то было не так. Интуиция – единственное, что он ценил в себе по-настоящему – подала сигнал. Едва уловимый зуд в затылке.
Макс обернулся. Пустой лестничный пролет. Лампочка над соседней дверью мигала, предсмертно треща.
– Паранойя, – буркнул он под нос.
Ключ вошел в замок мягко. Щелчок. Еще один. Макс толкнул дверь и вошел в прихожую.
Он не стал включать свет сразу. Привычка. Сначала – тишина. Сначала – контроль.
Он поставил пакет на пол. Пластик зашуршал, звук показался неестественно резким. Как будто в комнате включили усилитель.
Макс выпрямился и нахмурился.
Коридор его однушки был коротким. Прямо – дверь в комнату. Налево – крохотная кухня. Направо – совмещенный санузел. Пять шагов от порога до окна. Он знал это пространство до миллиметра.
Он протянул руку к выключателю. Пальцы коснулись холодного пластика.
Щелк.
Свет залил прихожую. Желтый, тусклый, привычный.
Макс моргнул. А потом застыл, забыв выдохнуть.
В стене между кухней и ванной была дверь.
Белая. Совершенно новая. Без единой царапины или пятнышка. Из дешевого МДФ, какие ставят в новостройках под ключ.
Ее там не было. Утром, когда он уходил на работу, там была сплошная стена. Старые обои в цветочек, которые он все собирался ободрать.
Макс медленно опустил руку. Мышцы спины напряглись.
– Какого черта? – голос прозвучал хрипло.
Он сделал шаг вперед. Пол под ногами не скрипнул. Вообще не издал ни звука.
Макс посмотрел вниз. Его ботинки стояли на паркете, но он не чувствовал твердости. Ощущение было такое, будто он идет по густому киселю.
Мир вокруг вдруг дернулся. Как кадр в старом кинопроекторе.
Перед глазами вспыхнула тонкая серая полоса. Она развернулась в прямоугольник, прозрачный и холодный.
[ВНИМАНИЕ]
[Обнаружена зона наложения]
[Статус: Активно]
Текст не висел на стене. Он был прямо в мозгу. Или на сетчатке. Макс зажмурился, потряс головкой. Буквы не исчезли. Они пульсировали в такт его пульсу.
– Галлюцинации? – Макс сжал кулаки. Боль от ногтей, впившихся в ладони, была реальной.
Он снова посмотрел на дверь.
Она не исчезла. Напротив, теперь он видел детали. Серебристую ручку. Тонкую щель снизу.
