Гул приближающегося поезда на станции «Каннам» вибрировал в подошвах туфель Продюсера XXXXXX,1 но он уже не чувствовал ничего. Его мир рухнул. В оттопыренном кармане помятого дорогого пиджака, который еще месяц назад казался броней успеха, лежала увесистая стопка листов бумаги – вердикт о банкротстве агентства «XXXXXX».
Пять лет Продюсер жил словно в аду: бессонные ночи в студиях, бесконечные поклоны инвесторам, попытки вылепить из талантливых (и не очень) подростков мировых звезд кей-попа. Он отдал всё, но получил лишь долги и предательство. Теперь его детище было прахом, а сама индустрия, которой он поклонялся, превратилась в ослепительный, чужой праздник. Если открыть словарь k-pop, то имя продюсера будет в разделе «лузеры».
Продюсер достал смартфон. Экран светился заголовками. На главной странице сверкало лицо XXXXXX2. Актер, ставший официальным лицом западного фандома XXXXXX, вновь признавался в любви к восточной поп-культуре. Продюсер вспомнил 2024-й, когда актер в красном костюме ворвался в клип «XXXXXX», окончательно стерев границы между Сеулом и Голливудом. Для мира это было триумфальное слияние культур, для неудачливого Продюсера – соль на открытую рану.
Он пролистал ленту дальше. Статьи о «Золотом колобке», где анимационный хит «XXXXXX» собирал награды. Воспоминания изветной актрисы об XXXXXX, которая еще в 2015-м признавалась в одержимости XXXXXX и XXXXXX, а позже светилась от счастья рядом с XXXXXX на вечернем шоу. Продюсер видел в этом горькую иронию: пока он, кореец, умирал в попытках удержаться на плаву в сердце индустрии, голливудские боги легко и радостно примеряли на себя этот блеск.
Здесь был и XXXXXX, цитирующий философию XXXXXX как священный текст. И XXXXXX, гордо именующий себя «искрой» после лондонского концерта XXXXXX. Мир сошел с ума по музыке, которая для Продюсера стала похоронным маршем.
Он перешел в раздел «мистика» и залип в кричащие заголовки, связанные с айдол-исполнителями.
XXXXXX в России: Во время полнолуния на стенах заброшенного завода в Саратове проявились светящиеся отпечатки ладоней, в точности повторяющие хореографические этюды группы.
XXXXXX в России: В антикварных лавках Арбата одновременно завелись старые патефоны, транслируя забытые мелодии, в которых московские фанаты узнали голоса участниц.
XXXXXX: В небе над Сеулом облака сложились в идеальный иероглиф «Императрица», а все цифровые экраны города на секунду окрасились в её официальный цвет.
