ПРОЛОГ. ЦЕНА ПОБЕДЫ
Тишина здесь была иного качества. Не отсутствие звука, а его поглощение. Воздух, отфильтрованный до стерильной чистоты, не проводил даже шёпота. Свет — холодный, белый, без теней — падал с потолка, не оставляя места тайне.
В центре круглой комнаты стоял он. Последний. Победитель. Его звали Арриго Валенти. Когда-то — теневое бельё итальянской политики, человек, превращавший скандалы в законопроекты, а законопроекты — в личные состояния. Теперь он был просто человеком в простом сером комбинезоне, с тремором в руках и пустотой в глазах, куда более выразительной, чем любая ярость или триумф.
Перед ним на пьедестале сиял Кубок. Не чаша, не трофей. Геометрически безупречный многогранник из тёмного, почти чёрного стекла, внутри которого пульсировало мягкое золотое свечение. Кубок Бессмертных. Он не был большим. Его можно было охватить ладонями. Но в нём, как знал Арриго, заключался вес целой жизни. Не прибавленной, а… изменённой.
— Поздравляю, — раздался голос. Не из динамиков. Он возник прямо в сознании, тихий и безгранично усталый. Голос Хозяина. — Вы — последний. Выбор за вами. Выпейте — и шагнёте за пределы. Откажитесь — и мы вернём вас в ваш мир, с памятью и долгом.
«Долг» означал контрактную службу на Полигоне на 16 лет. Не рабство — должность. Администратора, наблюдателя, часть механизма. Арриго видел их — «вечных советников» из прошлых турниров. Они ходили по коридорам с пустыми глазами, исполняя волю Хозяина, живые памятники собственному поражению или… слишком дорогой победе.
— Что в нём? — хрипло спросил Арриго, не отрывая взгляда от пульсирующего света. Он уже не ждал честного ответа. Он хотел услышать ложь, в которую можно было бы поверить.
— Исполнение желания, — сказал голос. — В самом буквальном, физиологическом смысле. Ваше тело получит инструкцию. Инструкцию не стареть. И будет ей следовать. До тех пор, пока вы следуете правилам системы.
— Каким правилам?
— Тем, которые вы узнаете после первого глотка.
Арриго засмеялся. Коротко, сухо. Всё было рынком. Даже вечность. Только здесь нельзя было прочесть договор до совершения покупки.
— А другие? Кассильда? Меньшиков? — он выговорил имена двух своих последних противников. Той, которую он запер в симуляции удушья, и того, чью волю к борьбе сломал, показав фотографии его убитых детей, которых система достала с Земли за считанные часы.
— Их выбор был оценён, — голос оставался невозмутимым. — Они не дошли. Их данные обогатят Протокол. А их опыт… станет частью следующих испытаний.
Частью. Не памятью. Не уроком. Материалом. Арриго почувствовал тошноту. Он выиграл, пройдя через трупы, через предательства, через самое дно своей души. И теперь его награда — стать вечным слугой или вечным клиентом в системе, которая только что перемолола людей, равных ему.
