День первый.
Рэй. РР-ЭЭ-Й. РЭЙ. Я произносил своё имя на разные лады, то перекатывая звуки один за другим, то медленно цедя их сквозь зубы или выплевывал слитно словно комочек. Но как бы я не произносил это имя, как бы не прислушивался к внутренним ощущениям, результат был один и тот же. Я ничего не ощущаю, и я по-прежнему не помню, кто я.
Врач сказал, что мне будет полезно вести дневник. Вполне возможно, что это поможет мне задействовать поврежденные нейронные связи и со временем вернуть утраченные воспоминания. Как я понял, моя прошлая жизнь до сих пор у меня в мозгу, в виде цепочек нейронов, только повредился распределительный узел, который позволял разобраться какая цепочка за что отвечает и где начало, а где конец. Мне нужно восстановить свою память, у меня амнезия, и это похоже на то, как если бы ты очутился на вокзале, с которого уходят сотни поездов во все концы, но при этом ты не знаешь, как тебе попасть в нужный город, и мало того, что у тебя нет расписания, так ты еще и не умеешь читать.
День второй.
Оказывается, дневник писать чертовски сложно. Может быть до потери памяти я никогда ничего такого не писал и не оставлял заметок, а просто жил без оглядки на прошлое? О чём вообще пишут люди ума не приложу… Вот я смотрю на свою руку - на запястье тонкий, матово-серый пластиковый браслет. Он плотно прилегает к коже, его вес настолько мал, что я его почти не ощущаю. Недавно врач подробно объяснял мне про его устройство: внутри собраны последние достижения человечества, он следит за всеми жизненными параметрами моего организма: давлением, уровнем гормонов, активностью мозга. Если вдруг что-то пойдет не так, например, если я порежусь, браслет подаст сигнал миллионам наноботов в моей крови, и они тут же отправятся к ране и отремонтируют пораженные ткани. Он значительно продлевает человеческую жизнь, такой маленький, а такой важный в жизни каждого человека.
День третий.
Наконец-то есть что записать, сегодня был мой первый день на новой работе. До потери памяти я работал в другом месте, сюда меня перевели специально, чтобы снизить нагрузку и не травмировать общением с людьми, которые хорошо меня знают, но которых я совершенно не помню. Офис находится на двадцать третьем этаже здания из стекла и поблекшего металла. Пока я поднимался на лифте, увидел свое отражение в отполированных дверях: грустное, уставшее лицо незнакомца, среднего возраста с впалыми, печальными глазами, темные непричесанные волосы, печальное зрелище. Надеюсь это болезнь на мне так отразилась, и я не был таким всегда, нужно будет заняться хотя бы прической.
