В семь восемнадцать Талис Мерн еще злилась из-за кофе.
Автомат в диспетчерской выдал ей стакан горячей воды с запахом пережженной резины, снял деньги и написал на экране «Спасибо». На второй попытке он вообще не отреагировал. Талис постучала по корпусу костяшкой пальца, без надежды, просто чтобы закончить спор, и поставила пустой стакан на подоконник.
За стеклом стояли четыре служебных автобуса. Белые, с синими квадратами аэропортовой службы на дверях. Первый должен был забрать ночную смену с грузового терминала, второй вез подрядчиков к северной стоянке, два остальных ждали людей с задержанного рейса. Обычная утренняя путаница, если бы связь не начала выпадать еще до семи. Рация на столе хрустнула.
— Мерн, подтвердите готовность колонны.
Талис взяла ее.
— Четыре машины готовы. В первой двадцать семь, во второй девятнадцать. Третья и четвертая пустые.
— Ведите по рулежке два, потом через восточный карман. Основную дорогу закрыли.
Она посмотрела на схему, приклеенную к стене. Рулежка два выходила к старому ангару, дальше дорога шла вдоль ограждения к служебным воротам. Ничего сложного.
— Почему закрыли?
Ответ пришел не сразу.
— Сбой автоматики. Не задерживайтесь.
Талис отложила рацию. Сбой автоматики за последние двадцать минут успел остановить багажную ленту, открыть шлагбаум на закрытую полосу и вырубить половину экранов в терминале. Один техник уже бегал по коридору с ноутбуком под мышкой и лицом человека, которому приказали починить дождь.
Телефон завибрировал. Лея прислала голосовое. Дочь редко писала до школы сама, обычно этим занимался Сорен, потому что шестилетнему человеку важнее выбрать носки, чем сообщить матери о состоянии домашнего хозяйства. Талис нажала воспроизведение.
— Мам, папа сказал, что сегодня можно не... смотри, смотри в окно, оно белое, там...
Запись оборвалась. Талис позвонила. Сеть показала вызов, подумала и сбросила его без гудка.
— Прекрасно.
Дежурный водитель Брайс заглянул в дверь.
— Идем?
— Идем. Только не по геройски. Держи между машинами сорок метров.
— Почему сорок?
— Потому что я сказала сорок.
— Аргумент.
Талис забрала планшет со схемой, рацию и куртку. На улице было теплее, чем обещали. Снег на кромке бетона стал серой кашей, хотя еще вчера ночью его пришлось снимать щетками с машин. Воздух пах керосином и мокрым металлом.
Первые две машины завелись одновременно. Третья кашлянула стартером. Четвертая молчала. Брайс выругался, вышел и полез к аккумуляторному ящику. Рация снова ожила.
— Колонна, вы где?
— На месте. Четвертый не заводится.
