— Я просто немножечко, без давления, хочу уточнить капитанский порядок принятия решений, — не то с сарказмом не то с юмором произнёс Ленни.— Вот то есть если из пустоты приходит неизвестный сигнал, мы летим к нему. А если следом приходит неизвестное предупреждение об опасности, мы летим быстрее?
Он, угловатым палочником с планеты Земля, стоял в проёме рубки, придерживаясь длинными пальцами за косяк. Экзоскелет тихо жужжал в районе коленей, компенсируя тяжесть обода. Форменная куртка инородным артефактом висела у него на локте, и непонятно было, зачем он вообще её прихватил: здесь было жарко, майка липла к лопаткам.
Арви подняла голову от расчёта.
— Предупреждение было личное. Какого черта ты вообще читаешь личные сообщения?
— Тогда всё разумно, раз это личное. Я то боялся, что у нас на борту нарушают инструкции.
Йона фыркнула в кружку и сразу сделала вид, что подавилась водой. Ленни просиял — за сорок минут пересменки он успевал увидеть её меньше, чем Арви видела собственную койку, и тратил это время с отчаянной расточительностью.
— Так то инструкция у нас одна, — с притворной серьёзностью сообщила Арви. — Капитан принимает решение, старпом загружает топливо, пилот рассчитывает, сколько туда лететь.
— А сменщик?
— Сменщик потом всем рассказывает, что предлагал решения получше.
Ленни рассмеялся и отступил от проёма, пропуская Тобиаша, — тот вошёл с планшетом и окинул рубку спокойным взглядом.
— До первого перехода двадцать две минуты. Ленни, левая смена закончилась семь минут назад.
— Я передаю Йоне важные сведения о командовании.
— Передал? Свободен.
Ленни посмотрел на Йону.
— П-передал, — подтвердила она и уткнулась в кружку.
— Жестокий корабль, — сказал Ленни. — Нигде не ценят человека, пока он здесь.
Он ушёл по ободу, и жужжание экзоскелета стихло за поворотом. Как всегда серьёзный, даже когда ситуация этого не требует, Тобиаш положил планшет перед Арви — три слепых перехода выстраивались почти ровным столбиком, между ними зияли сорокачасовые промежутки на остывание машины. Последняя точка лежала за краем знакомых карт, и сигнал оттуда больше не повторялся, хотя «Стриж» продолжал слушать его на всех доступных частотах.
На экране оставалась первая короткая запись: щелчок, выдох, длинный шелест. После неё — координаты, преобразованные бортом из формата, с которым у компьютера вышло явное недопонимание.
— Йона проверила расчёт, — сообщил Тобиаш, пытаясь вникнуть в траектории и цифры.
— Я тоже проверила, — заметила Арви.
— Поэтому я дал его Йоне.
Арви подняла на него глаза, Тобиаш невозмутимо выдержал её взгляд.
