– Лина, ты идёшь с нами на Хэллоуин? – снова пристаёт ко мне моя лучшая подруга, Люся.
Её голос доносится до меня сквозь сон, пока я всё ещё сплю в своей кроватке и сама не знаю, где реальная жизнь, а где мой липкий странный кошмар.
Или это и не кошмар вовсе? Каждую ночь я вижу это странное суровое лицо. Болезненно бледное, но невозможно притягательное, оно словно проступает из мрака комнаты, манит, влечёт меня к себе, и я лежу, парализованная страхом или… Желанием?
– Лина, иди ко мне… – звучит у меня в ушах его низкий голос, который словно опутывает меня, лишает сил и последней крупицы воли. – Иди ко мне, Лина, – его чёрные, как сама ночь, глаза, не отрываясь, смотрят прямо мне в душу, и я в который раз безвольно подчиняюсь ему.
Встаю со своей кровати и делаю шаг по холодному полу. Чувствую ступнёй его прохладу, хотя всё моё тело буквально пылает.
Горит.
Я чувствую, как жар поднимается вверх по обнажённым бёдрам, языки пламени лижут нежную кожу с внутренней стороны, подбираясь всё выше, и я вдруг замечаю, что я совершенно голая!
Где моя пижама?!
Но этот властный незнакомец снова зовёт меня.
– Я жду тебя, Лина… – снова напоминает он мне, и я иду к нему.
Вот из мрака комнаты проступает его лицо: странное, но такое желанное.
Острый нос с горбинкой и чёрные глаза, на дне которых бушует адское пламя, чуть изогнутые капризные губы, губы, которые обещают порок и всю сладость этого мира.
Густые чёрные брови и длинные чёрные волосы.
Приближаюсь чуть ближе, и вот уже могу разглядеть его тело: мускулистый торс белеет в сумраке, и я вижу странные рисунки, каббалистические узоры татуировок на его бледной коже.
Он смотрит на меня, не отрываясь, и там, где останавливается его взгляд, я чувствую жаркий ожог на своей коже.
Вот мои губы начинают пылать, когда он рассматривает их в лёгкой усмешке растягивая свои, а потом опускается ниже, и огненная полоса его взгляда лижет мою кожу от шеи и дальше к груди.
Я чувствую, как они болезненно-сладко начинают ныть и постанывать, и мои соски мгновенно набухают, твердеют, как две вишни, пока он скользит ниже по моему животу, в котором словно вспыхивает огненный шар.
– Ко мне, Лина. Я так долго ждал тебя. Ты моя… – и я подчиняюсь…
И теперь я так близко к нему, что вижу, что он сидит в огромном старинном кресле, и он совершенно… Голый!
Мой взгляд невольно скользит ниже, и на фоне его белеющего в сумраке мускулистого тела я вижу алый, как факел…
– Лина! Вставай! Мы опаздываем на пары! Ты что, всё ещё спишь?! – обрывает мой сладко-горький сон голос подруги, и я с трудом разлепляю веки.
