Пестрые, висевшие гроздьями платья походили на флаги фестиваля. Алые, зеленые, лиловые, кремовые, небесно-голубые, розовые, лимонные наряды. Органди, кружево, бархат, атлас, шифон – изысканные ткани, украшенные тончайшей вышивкой и усыпанные драгоценными камнями.
– Какое вам больше нравится, госпожа?
– Не знаю. Рони, а тебе?
– М-мне сложно выбрать, какое красивее всех.
Даже я была удивлена, а Рони и Люсиль от восторга вовсе потеряли дар речи. Когда они взглянули на сверкающие драгоценности в шкатулке, украшенной алыми розами и золотыми рудбекиями, казалось, у них вот-вот потекут слюнки. Честно говоря, у меня были те же чувства. Кто бы мог не восхититься этим?
– Похоже, молодой господин очень вас любит, – произнесла алчная Люсиль, не в силах оторвать глаз от усеянной разноцветными бриллиантами диадемы.
«Ага, любит, говоришь?! Ну, должна признать, что это немного меня тронуло. Не могла и подумать, что такой угрюмый мерзавец будет дарить роскошные подарки.
Сезон фестиваля гладиаторских боев, наконец, начался, значит, на носу день прибытия Чезаре с делегацией Романии в порт Эльмос. Это, безусловно, удручает, но по сравнению с прошлым сейчас у меня есть надежда.
Так, соберись. Никаких ошибок, сделай все как надо. Всего лишь потерпеть его несколько дней».
Полная решимости, я надела на голову сверкающую, как звезды, бриллиантовую диадему и отправилась к мерзавцу-мужу.
«Думаю, следует поблагодарить его за подарок».
– Ты поранишься, если будешь так бегать!
Стремительно спускаясь по лестнице, я едва не оступилась, услышав раздавшийся строгий голос. Нерешительно устремив взгляд в сторону источника шума, в коридоре я увидела отца и дворецкого.
«Но я ведь не бежала».
– Ах, прошу прощения за свое легкомысленное…
– Прекрасная диадема. К кому так спешишь хвастаться?
«Снова издеваются? Яблоко от яблони…»
Я медлила с ответом, и дворецкий понимающе посмотрел на меня.
– Молодой господин сейчас в кабинете. Вам очень идут бриллиантовые украшения.
– Боже, правда? Правда идут?
Мои глаза засияли, а губы растянулись в широкой улыбке. Бывалый слуга и отец, похожий на разбойника, переглянулись и одновременно кашлянули.
