Мирослава увидела на экране каскад новых уведомлений: прямо сейчас в сети обсуждали публикации с тегом «странный». Она открыла окно программы и пробежала взглядом сообщения, отмеченные алгоритмом как наиболее релевантные её запросам. Вообще-то, Мира использовала софт незаконно, но он позволял ей мониторить служебные сообщения экстренных служб и вовремя выуживать темы для сюжетов. Сердце Миры радостно ёкнуло: кажется, она наконец-то наткнулась на что-то стоящее. Спустя столько лет.
Судя по сообщениям, произошло нечто необъяснимое: система глобальной светосигнальной защиты «ЗАСЛОН», спроектированная как оборонительный рубеж против внеземных объектов и аномалий, зафиксировала данные, которые не смогла интерпретировать. Согласно этим данным, атмосфера над Архангельской областью стала прозрачной для инфракрасного излучения и начала отражать обратно солнечный свет, не пропуская его на поверхность Земли. Чётко очерченная приборами зона быстро теряла тепло, которое уходило в космос в виде излучения, и ничто не возвращало его обратно.
Это было похоже на настоящую сенсацию, и Мира имела все шансы оказаться в эпицентре событий одной из первых. Схватив со стола смартфон, она бегом бросилась к кабинету редактора.
На мгновение Мира замерла перед знакомой дверью, перевела дух, торопливо поправила причёску. Постучала.
— Да, — ответил из-за двери Павел Голубев, главный редактор «Северного дозора» — регионального новостного портала Архангельска.
— Здравствуйте ещё раз, Павел Алексеевич.
— А, Мира. Заходи.
Сегодня Голубев выглядел уставшим. Даже сквозь его очки, отражавшие блики ламп, были заметны тени под глазами. На подбородке проступала вчерашняя щетина, голубая рубашка была слегка измята. Складка на лбу между бровями углублялась каждый раз, когда Голубев размышлял над новой информацией, и сейчас она была особенно глубокой. Мира устроилась на стуле, гадая, вызовет ли её просьба очередные издёвки.
— Мне нужна командировка на два дня в область. — Мира сглотнула и поспешно добавила, поймав острый взгляд начальника. — Обещаю, что в дороге доделаю статью и сдам в срок.
— Воронцова.
Голубев устало откинулся на спинку стула, снял очки и потёр переносицу. Его плечи поникли.
— Что на этот раз? Опять теория заговора?
Мира на секунду прикрыла глаза. Вот опять начинается.
— Не теория заговора, а аномалия. И на этот раз прямо рядом с Архангельском. Это шанс получить эксклюзивный материал раньше, чем очухаются москвичи и питерские.
Голубев устало взглянул на неё, водрузил очки на место.
