Пролог. Тот, кто не знал другой земли
Далеко за горами, там, где небо даже ночью оставалось багровым от отблесков карамельных печей, стояла фабрика. С железными трубами. С колёсами, которые вращались сами собой. С конвейерами, где леденцы рождались без единой капли любви.
Эту фабрику построил Брутто Бабонтус много лет назад. А после его исчезновения она досталась сыну.
Звали его Бруттин — тот же острый нос, те же длинные бледные пальцы. Только глаза не маленькие-виноградинки, а большие, блестящие, как два леденца.
Он никогда не видел травы. Родился в цеху, вырос среди пара и сиропа. Однажды в детстве сунул руку в чан с горячей карамелью — не по работе, а просто чтобы узнать, тепло ли там. Карамель обожгла пальцы, но он не заплакал. А когда впервые попробовал простой воды — его замутило. С тех пор Бруттин пил только сироп и боялся всего, что не было сладким.
Трава стала его врагом. Он поклялся стереть с лица земли всё зелёное, что осмелится расти там, где когда-то пахло только сахаром.
---
Глава первая. Туча на горизонте
В Ирисовой долине тем утром пахло особенно сладко — не приторно, а нежно, как бывает, когда цветёт шиповник и утренняя роса смешивается с пыльцой ирисов.
Рой сидел на крыльце с чашкой мятного чая. Солнце только взошло, и трава ещё серебрилась от ночной прохлады. Ириска дремала у его ног. За два года она растолстела, но взгляд остался ясным и требовательным. И была в ней одна странность: иногда казалось, что Ириска спит на крыльце и одновременно жуёт что-то на заднем дворе. Это была её маленькая магия — или просто козья природа, но Рой давно перестал удивляться. «Коза — она и есть коза», — говорил он.
— Хороший день, — сказал эльф.
Коза не ответила. Она вдруг подняла голову, навострила уши и протяжно, настороженно заблеяла.
— Что там? — Рой прищурился.
С севера надвигалась туча. Не обычная — низкая, плотная, с медово-розовыми краями. Она ползла медленно, но неумолимо, и от неё тянуло жжёным сахаром.
Рой почувствовал этот запах ещё вчера, но отмахнулся — показалось. Теперь он понял, что ему не показалось.
— Ириска, в дом.
Коза не сдвинулась с места.
Через час небо над долиной стало розовым. Через два — с тучи начали падать первые капли. Липкие, тягучие, пахнущие дешёвой конфетой.
С крыльца слетела Мятка. Она чистила крылья от пыльцы и не сразу поняла, почему стало темно. А когда поняла — закричала так, что проснулись все гномы в долине.
---
Глава вторая. Сахарный дождь
Это был не дождь. Это было наступление.
Капли падали медленно, но каждая убивала. Ирисы, которые росли повсюду — у ручья, на холме, у домов — моментально вяли. Лепестки темнели, скручивались, покрывались твёрдой коркой. Трава, которой гномы так радовались два года, ломалась под тяжестью сиропа.
