По мотивам реальных событий
«…Иногда меня болят Крылья.
В последнее время всё чаще. Это очень странное ощущение, которое достаточно трудно передать; ведь у человека вроде бы нет крыльев, как понять, что болит то, чего нет? Хотя я не… А оно может, и сильно… Лишь тебе я могу сказать это, Ты, мой неизвестный, до конца полумифический гость, собеседник. Ты – друг? Есть ли ты? Есть ли на самом деле? Живой? Или только в форме обращения в этих словах, да многих словах других писем?
Кто Ты?
Я не знаю до конца даже этого, но всё равно пишу; пишу, потому что лишь так чувствую облегчение, радость. Увы, ничто другое на свете не может теперь для меня с этим сравниться. А Крылья… О, это началось ещё несколько лет назад, примерно тогда, когда Они были в самом расцвете Сил, горели зелёным огнём, горели оранжевым, потом красным, цвет менялся, и весь силуэт, казалось, утопал в огненном зареве. Казалось, что утопал. Я не видела себя со стороны; это всё только субъективные ощущения.
Но раньше, раньше всё было иначе. И теперь я согласна на всё, чтобы только снова, снова чувствовать это. Пусть даже на час. На миг! Согласна отдать всё, что ещё осталось, только бы жили Они, только бы Они были. Даже если потом не станет меня, даже если для этого необходимо призвать самые древние, самые тёмные злые Силы… Я хочу восстановиться, к сожалению, не знаю, как. И, нет, эти Силы, по определению, не могут быть тогда злыми.
Чистый лист дневника определённо напоминает мягкие тёплые пёрышки, точнее те Крылья, что были всегда; как они меняли цвет, как пытались слиться с природой, как однажды начали рваться наружу, как было смешно и неловко, когда Они отделялись от рук, начинали светиться и едва не стали видимы всем пассажирам автобуса…
Они давали радость, дарили любовь к себе. С Ними я не была одна, с Ними и благодаря Ним одним, и всему-всему тому, что дарили Они. А людям свойственно идти на свет… И уходить в тот же день, когда этот свет слабеет.
Было много проблем в моей жизни, много различных ситуаций. Пока пишу или говорю, мысли приходят в порядок, и кое-что проясняется, но, к сожаленью, не всё, не всегда.
Так много всего произошло, так много хотелось бы рассказать, но поджимает время – и одна знакомая злодейка опять сегодня дома – с утра. Мои золотые Крылья, некогда золотые, превратились из радости в боль, висят за спиной, оттягивая буквально до пола. Они стали цвета лимона и даже пахнут им. Отравляют, угнетают, проносят разочарование. Крылья, которые не так давно обещали и словом, и делом добиться огромных высот! Которые, действительно, видели небо, которые могли летать, и я могла… Одна знакомая говорит и сейчас о моей внутренней силе.
