Таких глаз ни у кого больше на белом свете не было. У такого цвета нет названия. Смотреть в них было до того страшно, что у меня немели кончики пальцев. Откуда-то возникало ощущение, что я становлюсь маленьким, точно микроб. Не знаю, что было сложнее: удерживать взгляд или наоборот – оторваться от заколдованных глаз. И что же это за цвет? Светло-зеленый с редкими янтарными вспышками… Казалось, что художник не дописал их, оставил незаконченными, и теперь они всегда смотрели чуть печально и тревожно. Будто эти крупные зрачки распиливали мою душу пополам. Я забывал свое имя и где я живу, стоило только ей взглянуть на меня из-под густых ресниц. Не скажу, что это сразу было любовью… Я без стеснений глядел на нее, как на внезапно разгоревшийся закат. Когда раздвигаешь шторы и вдруг замираешь в сладком волнении. Я забывал о том, что она всего лишь человек. Она была загадочным явлением. И оставалась им до тех пор, пока мы не заговорили. Ее кожа была до того бледной, что иногда казалась прозрачной, скулы вот-вот могли поранить ее до крови. Льняные вьющиеся пористые волосы, как дымка вокруг цветущей робинии, всегда пахли перетертыми травами. Светлая и теплая, как солнце. Все в ее облике укрепляло за ней эти наивные слова. Если бы не взгляд. Если бы не ее прохладный взгляд, она бы называлась ангелом…
Я чувствовал, что она лучше, чем я. Даже если она в сотый рассказывала какую-то историю, мне казалось, что я слышу это впервые, по-новому, по-особенному. Как же я ее боялся… Точно она считывала мои мысли и выдавала острые шутки. Но даже резкий юмор из ее уст был моей любовью. Я боялся до нее дотронуться, чтоб случайно не обнаружить, что она – плод моего воображения. Я бы сто раз предпочел жить в прекрасной иллюзии и верить в то, что в несовершенном мире есть кусочек совершенства.
Ее руки всегда были теплыми, а прикосновения – нежными и деликатными, будто перышко, опустившиеся на землю. Сколько бы ни касался, никак не мог разгадать тайну ее волшебных рук. Хотя, должно быть, магия была не в руках, а в безграничной и чистой любви Кали трикс. У нее была способность любить все живое так, будто хватало на это сил. Оттого все и забывали, что она сама как никто нуждается в нежности и заботе. Люди видели в ней девушку красивую и чистую, приближались, чтобы коснуться того волшебства, что витало вокруг нее, источая запах персика и жасмина. Никто не боялся разбить этого хрустального эльфа, пока вдруг не послышался ледяной резкий стеклянный звон…
По правде сказать, ее никто не заслуживал. А я особенно. Но одна только мечта о ней согревала мою душу. Она делала глупости, и я влюблялся.
