ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ПРИЗРАК В МАШИНЕ
Глава 1
Страх пахнет озоном и металлом. Лео знал это лучше любого человека на планете. Он видел его химическую формулу на экранах, отслеживал паттерны нейронных вспышек, измерял амплитуду в микровольтах. Но сегодня, глядя на женщину в дверях его убежища, он впервые почувствовал страх как нечто чужеродное – вирус, не принадлежащий своему носителю.
Она назвалась Викторией. Ее «ЭмоСкан»-профиль, который Лео проверил через черный вход в систему еще до встречи, показывал стабильный индекс страха 7.8 из 10. Удивительно не значение, а его постоянство. Как температура в инкубаторе. Как фоновая радиация в зараженной зоне.
– Мне сказали, вы можете удалять воспоминания, – голос Виктории был ровным, почти механическим, контрастируя с хаосом в ее эмоциональном поле.
– Я стираю травмы, – поправил Лео, пропуская ее внутрь. Лазерные датчики просканировали ее на наличие следящих устройств. Чисто. – Нежелательные воспоминания. Не фантомные чувства.
– Это не фантом. Это… инвазия.
Лео прищурился. Его убежище, расположенное в заброшенном промышленном секторе, было напичкано оборудованием, половину которого он собрал сам из списанных деталей «Нейросферы». Здесь, под свинцовыми плитами, заглушающими любые сигналы, он был невидимкой в прозрачном мире.
– Расскажите с начала.
Виктория села на единственный стул в комнате, не снимая пальто. Она была сотрудником среднего звена в отделе логистики «Нейросферы» – идеальная серая мышь в идеально прозрачном мире. Шесть недель назад ее эмоциональный профиль начал выдавать аномалии. Не всплески, характерные для травмы, а ровную, монотонную линию страха, которая не коррелировала с внешними событиями.
– Консультанты сказали, что это подавленная тревога, – сказала она. – Прописали нейромодуляторы. Они не помогли. Потому что это не мой страх. Я чувствую разницу. Как будто кто-то включил в моей голове чужое радио и не может найти выключатель.
Лео запустил автономный сканер, не подключенный ни к каким сетям. Аппарат гудел, считывая ее нейроактивность.
– Вы понимаете, что то, что вы говорите, противоречит всем законам нейрофизиологии? Эмоции не существуют отдельно от памяти, от контекста. Это…
– Я знаю, что противоречу, – перебила она. – Но я также знаю, что завтра у меня назначена принудительная психокоррекция. После нее я, возможно, перестану это чувствовать. Или перестану быть собой. И я предпочту первое.
Сканер выдал предварительный результат. Лео посмотрел на график и замер. Паттерн действительно был аномальным. Страх не был вплетен в нейронную сеть, как должно быть с естественной эмоцией. Он лежал поверх, как заплатка. Имплант.
