«Купим волосы дорого».
И номер телефона.
И ещё один номер ниже.
Да где же я согрешил? Почему с утра? Почему со мной? И почему в первый день?
Я стоял и смотрел на свою вывеску – «Детективное агентство КРАЙОНОВ». Теперь она читалась как «РАЙОНОВ»: какой-то умник прилепил объявление ровно на букву «К». Из двух десятков табличек на кирпичной стене он выбрал именно мою. Прекрасно.
Надо было попробовать отодрать. Я потянул пальцем за угол – не оторвалось. Ещё раз – без толку. И тогда сработал дар. Снова не вовремя. Врезалось чужое состояние: усталость, раздражение, желание дождаться конца смены и уйти домой. Не злость и не издёвка а эмоции обычного человека, которому надоело начальство и бумажная беготня. Я поморщился и только тогда заметил: весь клей размазался по ладони. Ну, отлично.
Дар оказался инструментом полезным. Чувствовать эмоции, оставленные на вещах, в моем деле было то, что нужно. Будь у меня это раньше, я бы половину дел в прошлой жизни закрыл быстрее. Хотя и без него справлялся: подготовка для ФСБ учила смотреть правильно – жест, пауза, дыхание, как держат плечи и как «молчит» лицо. Поведение читалось проще, чем новостные каналы. Тогда я не успел открыть своё агентство – не дожил. Теперь был второй шанс. Новый мир, те же привычки. Только уже без приказов сверху.
Злость уходила, но осадок оставался. Хотел начать по-человечески, а в итоге – клей по локоть. И кому я здесь был нужен в первый день? Выпускник полицейской академии с табличкой на стене. Я посмотрел на пальцы – они блестели и липли друг к другу. Класс. Поднял взгляд. На кирпичном фасаде видавшего виды здания были вывески: «Аптека», «Ремонтная мастерская», «Дом быта», а также мелких контор и моя табличка. И всё же объявление прилепили именно сюда. Карма.
Здание гордо называли «бизнес-центром». Стоило обернуться – и напротив был уже другой – настоящий: стекло, металл, отражения. Империя как она есть. Я открылся в Серпухове и жил тут же. От Москвы – чуть больше сотни километров, а картинка была другая. «За Москвой – темнота и волки воют», шутили раньше. Мы же стояли на волоске от того, чтобы перестать числиться столичной областью. Контраст через дорогу: бедные и богатые смотрели друг на друга сквозь витрины.
Хватит рефлексировать – надо отмывать руки. Сначала я пошёл к Серёге в «Ремонтную мастерскую»: вдруг у него есть средство, которое оторвёт эту дрянь. Я зашёл в здание. Запах старого дерева, сырости и тонкая нотка растворителя. За стеной что-то шуршало, отвёртка дребезжала, тихо постукивал молоток – у Серёги работа была всегда. Я прошёл три двери и вошёл.
