Я вынужден прервать молчание, ибо мужи науки, не ведая истинных причин, отказались внять моим предостережениям. Лишь крайняя неохота и опасение, что мой призыв окажется тщетным, заставляют меня изложить основания, по которым я столь яростно противлюсь грядущему вторжению в Антарктику – с его масштабными поисками окаменелостей, массовым бурением и варварским расплавлением древних ледяных покровов.
Неизбежно, что подлинность фактов, которые я намерен раскрыть, будет поставлена под сомнение; и все же, умолчи я о вещах, кажущихся невероятными и чудовищными, от истины не осталось бы и следа. Фотоснимки – как обычные, так и аэрофотоснимки, – доселе мною утаиваемые, послужат мне свидетельством, ибо они зловеще наглядны. И все же их наверняка объявят искусной мистификацией, учитывая те пределы, в коих способно преуспеть современное ретушерское мастерство. Рисунки тушью, разумеется, будут высмеяны как очевидные подделки – невзирая на странность техники, которую знатокам искусства следовало бы заметить и над которой им стоило бы поломать голову.
В конечном счете, мне остается полагаться лишь на суждение и авторитет тех немногих ученых мужей, что обладают достаточной независимостью мысли, дабы взвесить мои данные в свете их собственной – чудовищно убедительной – значимости или же в контексте неких первобытных и в высшей степени озадачивающих мифологических циклов. А равно и на тех, кто наделен влиянием, способным удержать исследовательский мир от поспешной и чрезмерно амбициозной программы в краях тех самых Хребтов Безумия. Печально, но факт: люди сравнительно безвестные, вроде меня и моих товарищей, связанных лишь с небольшим университетом, имеют мало шансов произвести впечатление там, где речь идет о материях столь диковинных или спорных по самой своей природе.
Не в нашу пользу и то, что мы не являемся – в строжайшем смысле слова – специалистами в тех областях, коих первыми коснулись наши открытия. Как геолог, возглавивший экспедицию Мискатоникского университета, я ставил себе целью исключительно получение образцов скальных пород и грунта с больших глубин, используя замечательный бур, изобретенный профессором Фрэнком Г. Пибоди с нашего инженерного факультета. У меня не было ни малейшего желания становиться первопроходцем в какой-либо иной сфере; я лишь надеялся, что применение нового механического устройства в различных точках вдоль уже изведанных путей позволит добыть материалы, недоступные прежним, примитивным способам сбора.
