Городок давно не знал таких страстей. Скучная обывательская жизнь внезапно наполнилась новыми смыслами, тайнами и поводами к пересудам. О, сколько же теперь будет разговоров о благочестивой Шурочке-затворнице и её рыцарях, постоянно бодающих друг друга по каждому поводу и без.
Уж Сомова хлебом не корми, но дай возможность поупорствовать хоть бы в каком деле. А сейчас ребром встал вопрос о его счастье и благополучии на личном фронте.
И поскольку Сомов по деликатности нисколько не уступает Гончарову, потому задал тот самый вопрос, от которого я чуть не задохнулась, как от приступа аллергии на бестактность:
— Постойте, а что значит, не тронул? Вы при нём как служанка, что ль? Так это всё меняет. Александра Андреевна, выходите за меня! Я этого козла размажу, как колесо кареты коровью лепёшку. Вы через неделю вольную получите… Клянусь! А сегодня ночью, мы с парнями из него душу вытрясем и документики заберём, дельце плёвое, властью и погонами я не обременён, как некоторые, так что скажете? Я от своих слов не отступаю. Надумал жениться, значит, женюсь!
В этот момент Макарова, как подменили, он резко остановился, развернулся и пошёл обратно в сторону дома Гончаровых, и так решительно и быстро, что мы и понять ничего не смогли с «женихом-то» моим новым.
А когда до меня дошло, было уже поздно.
Улицу заполнил нечеловеческий визг, потом отрывистые вопли: «Помогите, убивают!».
И тишина…
— Он его убил… — мой стон заставил Сомова ускориться.
У дома остановился какой-то мужик на телеге, привстал, чтобы заглянуть через забор, заприметил нас и громко выкрикнул так, чтобы все услышали:
— Свинью поди режуть! Не извольте беспокоиться, дело житейское, — и поехал. Преднамеренно создав алиби нашему отчаянному городничему.
— Свинью, как же… Да, что ты будешь делать. Гордей Матвеевич, ну кто вас за язык тянет с этим предложением. У меня всё так сложно, теперь вот…
Хотела сказать, что и Макаров пострадает от рук правосудия, но в этот момент калитка со скрипом открылась, и мы увидели настоящего героя дня, рыцаря без страха и упрёка, нашего доблестного городничего с большим серым конвертом в руке:
— Вот ваши документы, сударыня. В понедельник подавайте прошение на развод, он их подпишет. И вот ещё, Сомов, у вас на этой стороне есть бричка? Увезите этого гада в Покровское к мамаше, чтобы мы его больше не видели и не слышали… Это приказ!
У Сомова возражений не нашлось, видать, харизма городничего взяла верх и показала, кто здесь настоящий лев и царь горы. Пришлось моему навязчивому «жениху» вздохнуть и поспешить к своей бричке, отдать приказ Колесову, чтобы тот отвёз Гончарова в Покровское и ещё кое-какие бумаги заодно там забрал и поручение какое-то выполнил.
