– Ты должна родить мне ребенка! – Истошный вопль разбил сонную тишину летнего леса, как молоток, ударивший по стеклу.
Моя собака, дремавшая у крыльца в тени куста карации, развесившей вялые, сморщенные, как смятая бумага, листья, вздрогнула и проснулась. Недоуменно посмотрела по сторонам, слабо шевельнув хвостом, положила голову на лапы и снова закрыла глаза.
Курица-наседка, важно гулявшая со своим многочисленным желто-пушистым семейством, тревожно закудахтала и поспешила убраться со двора под укрытие старенького сарая.
И даже толстый ворон, деловито чистивший перья на коньке моей избушки, прервал свое занятие, тяжело подпрыгнул, махая крыльями, перелетел на ветку дуба, под которым и стоял мой крошечный домик, и недовольно каркнул.
– Кому должна, я всем прощаю, – мамина поговорка пришлась как нельзя кстати. Я бесстрашно смотрела на красного от злости и негодования мужчину… Вернее, не совсем мужчину, а дракона в человеческом обличье.
Несостоявшегося отца моего ребенка эти слова разозлили еще больше, и он, бешено зарычав, со всей дури ударил кулаком по столу… Мой старый, но еще крепкий, дубовый стол, треснул и сломался, с шумом развалившись на две неравные части.
– Ты мне должен стол, – невозмутимо заметила я и отвернулась. Драконам нельзя показывать страх. Они, как дикие животные, мгновенно чуют, когда ты их боишься, и начинают охоту. Поэтому от моей выдержки сейчас зависит многое. Зависит практически все…
– Кому должен, я всем прощаю, – глухо зарычал он, а я поняла, что еще немного и эмоции этой особи выйдут из-под контроля, и он обернется… И тогда его собственная магия будет на моей стороне – она выбросит его из моего дома туда, где достаточно места для оборота. И вернуться в человеческое тело он сможет не скоро.
Я насмешливо фыркнула:
– Нанесение ущерба свершившийся факт, который я могу легко доказать, вызвав мага. Твое же предложение всего лишь предложение. Я не обязана становиться одноразовым инкубатором для драконенка, только потому, что чистокровная человечка. – взглянула на дракона и с усмешкой добавила, – обойдешься!
И добила еще одной маминой поговоркой:
– Нос не дорос, и молоко на губах не обсохло!
Дракон гулко зарычал и исчез…
Уф!.. Повезло, что в этот раз попался такой неуравновешенный экземпляр. Молодой, наверное, слишком. Вот его и добил мой намек на возраст.
– Кра-сава, – ворон, тяжело махая крыльями, влетел в горницу и присел на свою жердочку, недоуменно кося одним взглядом на развалившийся стол. – Побежишь? Снова?
– Побегу, – вздохнула я принялась за сборы. Времени у меня мало. Драконьему недомерку хватит пары часов, чтобы остыть и вернуться. Значит к этому времени меня уже не должно быть поблизости.
