Пролог. Последний клиент.
Дождь в этом городе не прекращался уже неделю. Он не был ни теплым, ни очищающим — просто холодная, серая морось, которая пропитывала бетон, одежду и, казалось, саму душу. Капли монотонно барабанили по жестяному карнизу окна детективного агентства «Маяк», и этот звук был единственным, что нарушало мертвую тишину в кабинете.
Алексей Громов, частный детектив с лицензией, срок действия которой истекал через три дня, смотрел на свое отражение в темном стекле. В стекле отражался не он, а лишь сгорбленная фигура в потрепанном плаще, за спиной которой клубилась непроглядная тьма коридора. Он пил дешевый коньяк прямо из горлышка, пытаясь заглушить не столько похмелье, сколько глухую, ноющую тоску. Дело всей его жизни — найти убийцу жены — зашло в тупик десять лет назад. С тех пор он брался за слежку за неверными супругами и поиск пропавших котов.
Дверь агентства со скрипом отворилась, впустив в кабинет запах озона и мокрой шерсти. На пороге стоял человек. Он был одет в безупречно сидящий, но абсолютно черный костюм, который казался неуместным в этой серой мгле. Вода не задерживалась на его ткани, а стекала вниз, образуя лужу у его начищенных до блеска туфель.
— Вы — Громов? — голос был тихим, но в нем чувствовалась такая властность, что Алексей невольно кивнул, даже не успев подумать.
— У вас есть три минуты. Следующие полчаса моего времени стоят как ваша месячная зарплата.
Человек в черном медленно прошел в кабинет и сел в кресло для посетителей. Он не торопился. Он положил на стол небольшой кожаный портфель.
— Мне нужно найти одну вещь. Книгу.
Алексей хмыкнул и сделал еще один глоток.
— Я не занимаюсь антиквариатом. Ищите себе букиниста.
— Это не просто книга, — незнакомец проигнорировал его слова. — Это «Гримуар шепчущих». И она нужна мне до полуночи.
Алексей впервые за вечер посмотрел гостю в глаза. Они были абсолютно черными, без зрачков и белков. В них отражался лишь кабинет и сам Громов — жалкий, пьяный, сломленный.
— А если я откажусь?
Человек в черном медленно улыбнулся, обнажив зубы, которые были слишком острыми для человека.
— Тогда вы станете моим ужином. Прямо здесь.
Он щелкнул пальцами. Тени в углах кабинета зашевелились, отделяясь от стен и собираясь в плотные, пульсирующие сгустки. Они тянулись к Алексею, шепча голосами тысяч забытых душ.
Громов сглотнул. Коньяк больше не помогал.
— Что... что в этой книге?
— Ответы, — прошептал незнакомец, и его тень поползла по столу к руке детектива. — Ответы на вопросы, которые вы боитесь себе задать. О вашей жене. О ее убийце.
