Глава 01: Поющая вилка и прыжок с географии
На контрольной по географии стояла опасная тишина. Скрипели перья, шуршали контурные карты. За окном моросил серый октябрьский дождь.
Учительница Тамара Васильевна мерно шагала между рядами парт. Её строгий взгляд сканировал класс, словно военный радар.
Филип Блинчиков сидел на третьем ряду у окна. Перед ним лежал чистый лист с вопросом номер четыре: «Столица Австралии».
Филип точно помнил про кенгуру и утконосов. Но название города испарилось из головы. Он почесал затылок кончиком ручки.
В этот момент в правом кармане куртки что-то дрогнуло. Куртка висела на спинке стула. Дрожь повторилась. Затем карман тихо запел.
Это был тонкий металлический перезвон. Словно крошечный колокольчик отбивал быстрый тревожный ритм. Дзинь-тирли-дзинь! Дзинь-дзинь!
Филип замер. Серебряная космическая вилка! Она спала целый месяц на самом дне дырявой подкладки. Теперь четыре зубца вибрировали с бешеной силой. Металл нагревался сквозь ткань.
Тамара Васильевна как раз повернулась спиной к классу. Она аккуратно выводила на доске дату сдачи тетрадей.
Шанс был только один. Филип нарочно смахнул локтем зелёный резиновый ластик. Ластик отскочил под парту.
— Ой, упал, — громко прошептал Филип.
Он нырнул под деревянную крышку стола. Пальцы мгновенно нащупали знакомую дыру в правом кармане куртки.
Из глубины прорехи пахнуло горячим чесночным хлебом и свежим укропом. В лицо ударил тёплый ветер. Филип просунул руку по локоть. Пространство мягко подалось навстречу. Ткань натянулась, как резиновый батут.
Филип зажмурился, сгруппировался и толкнулся ногами от школьного линолеума.
Секунда падения в невесомости — и мир перевернулся.
Грохот школьных часов сменился гулом турбин и весёлой музыкой из радиоприёмника. Филип с размаху приземлился на пушистый войлочный коврик.
— Полундра! — раздался над ухом знакомый хриплый бас. — Доставка школьников с третьей парты прибыла точно по графику!
Филип распахнул глаза и радостно выдохнул.
Он сидел на мостике челнока «Жареный Батон». Вокруг мерцали круглые экраны, вставленные прямо в чугунные сковороды. Пахло жареными сухариками и машинным маслом.
За штурвалом парил Капитан Царапка. Огромный огненно-рыжий мейн-кун в лётных очках держал курс. Четыре пропеллера на месте лап вращались с ровным усыпляющим свистом.
— Привет, кэп! — Филип вскочил на ноги и отряхнул джинсы.
— Смирно! Честь имею! — раздался звонкий металлический голос снизу.
У панели управления стоял сэр Патиссон. Рыцарь начистил шпротные латы до зеркального блеска. В руке он сжимал острую шпажку для канапе.
