Позднее Эрика любила вспоминать этот момент, словно жемчужины драгоценных четок перекатывая между пальцами свои тогдашние эмоции и ощущения: испуг, восторг, изумление и взрыв сексуальности, которая молчала уже так давно…
Это произошло в космопорте, куда она, пытаясь раз и навсегда проститься с прошлым, прибыла, чтобы вступить в новую должность.
Следовало признать: очень необычную. Но мысль о том, как принятое решение сможет изменить буквально все в жизни бывшего офицера-психолога Космофлота, грела и влекла на самые удивительные безумства. Так что Эрика решилась и теперь просто ждала тех, кто должен был прибыть за ней.
Очень мешало широкое одеяние, которое местные называли чадрой. Плотную снежно-белую ткань яростно трепал ветер, а вот то, что эта самая чадра скрывала, помимо прочего, еще и лицо, напротив, здорово помогло. Она, балда, отказалась от предложенного ей пылевого фильтра и теперь об этом уже не раз пожалела.
На открытом пространстве космопорта без него дышалось тяжело — казалось, что мелкий, словно пыль, совершенно белый песок, которым была засыпана большая часть планеты Аль-Кьяби́, проник везде: в рот, в нос, в глаза.
И только благодаря чадре, которая оставляла открытыми лишь глаза, хоть как-то получалось дышать. Но на этом важные плюсы этого одеяния не заканчивались. Куда важнее было то, что оно позволяло скрыть свою личность так, чтобы не привлекать внимание.
А это тоже было одним из основных условий, которые Эрике озвучили ее наниматели — двое мужчин в строгих деловых костюмах и консервативных галстуках из нити редчайших жемчужных шелкопрядов с планеты Эос.
Каждый такой галстук стоил сопоставимо с суммой, которую опытный офицер-психолог на службе в армии зарабатывал в месяц, да еще и с учетом «боевых» за участие в спецоперациях.
Это о нанимателях говорило многое. Как и то, что представляли они влиятельную, известную на весь освоенный сектор космоса семью шейхинь Абд-Кьяби.
Планета, которой они владели уже не первую сотню лет, была богата. Очень богата. А кроме того, застряла в эпохе воинствующего матриархата, который вознес женщин на вершины, а мужчин низвергнул на позиции существ второстепенных, вынужденных лишь молча подчиняться, скрывая свои истинные мысли, а вместе с ними и лица под плотными платками-куфиями.
«Хорошо хоть юбки в отместку за былое на них не напялили», — подумала Эрика, припоминая все, что знала сама о планете Аль-Кьяби и сопоставляя это с тем, что ей сказали юристы.
Эрика обсудила с ними условия, дала согласие прибыть на «смотрины», подписала множество бумаг, обязывавших ее хранить тайну с этого самого момента и по гроб жизни, и вот теперь, спустя месяц, который ушел на дополнительные проверки и согласования, стояла и ждала, придерживая подол чадры.
