Егор шел по зимнему городу, наслаждаясь украшенными яркими витринами.
Он насвистывал какую-то мелодию, услышанную по радио. Новогодняя суета всегда приносила ему чувства какого-то чуда. Только вот уже больше четырехсот лет этого чуда не случалось.
Братьям повезло. Они встретили свою половинку. Остался только он.
Холод и серость стали привычными, и он даже уже не замечал этого.
Шумный перекресток, толпы туристов, слетевшиеся на новогодние праздники, как мотыльки на огонь.
Егор переходил дорогу в людском потоке.
Вдруг…касание…такое легкое, еле заметное. Но в этот миг мир обрел краски. Такие яркие.
Он замер посреди перехода, будто током ударило. Люди обтекали его, бросая недоуменные взгляды, но Егор ничего не видел. Он обернулся, сердце колотясь с непривычной, забытой силой. В метре от него стояла женщина, смущенно поправляя шарф. Их взгляды встретились. И он узнал. Не лицо — он видел его впервые: светлые волосы, выбившиеся из-под шапки, широко распахнутые серые глаза. Он узнал тишину. Тот самый, дремавший веками внутренний холод испарился в одно мгновение, сменившись огненной волной, от которой перехватило дыхание.
- Простите, — произнесла она, и ее голос, мягкий и чистый, лег на душу, как исцеление.
Он не знал, что сказать дальше. Как объяснить, что мимолетное прикосновение руками перевернуло всю вселенную? Как рассказать о четырех столетиях ожидания?
Светофор сменился на красный, гудки машин стали настойчивее.
Егор огляделся, но девушка исчезла вместе с людским потоком.
Егор перебежал дорогу, а потом быстро достал телефон и позвонил племяннику.
- Арсений, нужно видео с уличных камер, срочно. Локацию сейчас скину.
Егор отключил вызов и посмотрел на другую сторону дороги
- Я найду тебя, теперь я знаю, что ты существуешь….
- Ярослава, не спорь с отцом – мама, как всегда, принимает сторону отца.
Всегда. Во всем.
- Буду спорить – спокойно ответила я, видя, как начинает от злости багроветь ее лицо – мне двадцать четыре года, я учусь в аспирантуре, у нас не крепостное право. Мы живем не в той стране, и мы не той веры, когда родитель принимают решение о браке детей. Я за него НЕ ПОЙДУ.
Кофе попить спокойно не удалось. Папа снова запустил пластинку, о том, что я ОБЯЗАНА выйти замуж за Игоря Одинцова. Перспективного, по мнению отца, молодого офицера.
А то, что я не люблю этого мужчину, во внимание брать никто не хочет.
- В твоей любви никто не нуждается! – рявкнул отец, врезав кулаком по столу так, что чашки подпрыгнули со звоном. – Ты нужна для создания крепкой семьи, для поддержания репутации. Ты думаешь, я не видел, как ты на того актера своего пялишься? Слюни пускаешь по телевизору! Это – не жизнь. Это – дурость.
