Глава 1
– Вот заявление на увольнение – я протянула заявление заведующей родильного отделения – поставьте свою визу, и я передам в отдел кадров
– Что, Аверина, как я и говорила, тебе здесь не место – усмехнулась она
– Да, Наталья Викторовна, вы правы, мне здесь не место, не могу больше созерцать вашу отвратительную рожу – улыбнулась я в ответ
– Пошла вон отсюда – заведующая размашистым почерком подписала мое заявление и кинула его мне
– С преогромным удовольствием – пропела ей в ответ и скинула ей видео, где она берет взятки с рожениц.
Заведующая поменялась в лице.
– Я сгною тебя, тварь – прошипела она змеей
– Попробуйте – пожала я плечами – может и получится, но не раньше, чем выйдете из мест лишения свободы – усмехнулась я, подняла заявление с пола и вышла за дверь.
Ну что же, первая часть кордебалета прошла успешно, теперь нужно сделать вторую. На душе было муторно и гадко. Хотелось плакать, но слез не было.
В отделе кадров все прошло быстро и мне сказали прийти завтра утром за готовыми документами.
Я сидела на автобусной остановке, и смотрела в никуда. Звук телефонного звонка вывел меня из некоторого ступора.
– Алло
– Ты что творишь, блаженная? – истеричный крик моей матери врезался в мое сознание.
– И тебе привет, мам, как дела?
– Как дела? Как дела? Ты в своем уме? Ты сейчас же вернёшься на работу и будешь в ногах ползать у Натальи Викторовны и просить прощения, чтобы она тебя обратно взяла. Я не для того тебя учила и устраивала на работу…
– Ты меня учила? – усмехнулась в ответ – это я себя учила, потому что ты отказалась мне помогать, ты заставила меня идти на медсестру, только потому что там бесплатно. Я училась и работала одновременно, потому что ты постоянно требовала от меня денег, ты постоянно меня упрекала, что я мало зарабатываю.
– Ты обязана помогать семье – истерила родительница
– Я обязана, а Игорек не обязан? Он мужик двадцати пяти лет, а сидит на моей шее
– Он болеет, в тебе нет ни капли сочувствия к брату
– Хорошо же он болеет, да и ты вместе с ним, что кушаете красную икру, запиваете дорогим вином, ах да, еще и цепочку себе ты золотую купила, и это при том, что я до сих пор живу в общаге, питаюсь раз в день и хожу в обносках, отсылая все деньги вам. Хорошо же вы устроились за мой счет.
В трубке повисла тишина.
– Что сказать нечего? Зато мне есть что сказать. Отныне вы не получите ни копейки. Завтра я подаю в суд на раздел имущества, мне нужна моя доля, что по наследству досталась мне от отца. И мне плевать, что ты и Игорек для этого делать будете.
Я бросила трубку, больше я не хотела ничего иметь общего с моей так называемой семьей. Мать всегда ко мне относилась холодно. У нас с Игорем разные отцы, мой погиб, когда мне было восемь, а брату шесть. Разбился на машине. Торопился домой, так как ему рассказали, что Игорь не его сын, а сын маминого любовника. Это все я узнала, когда закончила школу. Мать тогда напилась с подружками и все выпалила мне. Сказав, как она ненавидела отца и меня заодно, ведь я так на него похожа.
