Давным-давно, во времена, когда книги писались от руки кропотливыми переписчиками, а жилища строились из тёсаного камня и вековых дубов, мир был совсем иным. Люди не прятались от драконов за крепостными стенами — они жили с ними бок о бок, как добрые соседи.
В те времена крылатые создания с чешуёй, переливающейся на солнце, как самоцветы, селились прямо в человеческих городах. Их пещеры вырубали в склонах холмов за домами горожан, а широкие крыши храмов специально укрепляли, чтобы драконы могли удобно устраиваться там, греясь на закате.
По утрам на рыночной площади можно было увидеть, как старый дракон-ремесленник аккуратно выдувает из пасти воздух в расплавленное стекло, время от времени поддерживая нужную температуру собственным пламенем, пока не получалась удивительной красоты ваза. В кузнечном квартале дракониха с серебристыми боками помогала раздувать горны — её ровное дыхание позволяло достигать такой температуры, что даже самый тугоплавкий металл становился податливым.
На главной улице, где торговали пряностями и шёлком, молодые дракончики с перепачканными в муке мордами воровали сладкие булочки у пекаря, а тот лишь притворно хмурился, зная, что их мать — почтенная драконица-ткачиха — расплатится за шалости двойной порцией огнеупорных нитей для его печи.
По вечерам, когда зажигались первые фонари, драконы и люди собирались на центральной площади. Старшие драконы, свернувшись кольцами вокруг фонтана, рассказывали древние саги, а их дыхание рисовало в воздухе светящиеся картины. Дети — и человеческие, и драконьи — завороженно наблюдали, как в мерцающем мареве оживают легенды о первых днях их дружбы.
В те времена никто не удивлялся, увидев дракона, несущего в когтях корзину с яблоками для соседа-сапожника. Никто не боялся огненного дыхания — ведь каждый знал: драконьи языки пламени могут быть и разрушительными, и созидательными, всё зависит от сердца того, кто ими владеет.
В одном тихом поселении, где драконы были редкими, но желанными соседями, стояла необычная цветочная лавка. Её хозяевами были драконья пара: коренастый Листопад с изумрудной чешуёй, которая к осени вспыхивала ярко-оранжевыми оттенками, словно листва клёна, и его супруга — изящная Росинка, чьё гибкое тело переливалось нежными пастельными тонами, будто утренний туман над лугом.
Их лавка славилась на всю округу. Здесь среди глиняных горшков и деревянных полок росли не только обычные лекарственные травы, но и диковинные цветы, выращенные с помощью драконьей магии — их лепестки мерцали на рассвете, а аромат мог излечить тоску. Местные жители часто заглядывали сюда не только за покупками, но и просто полюбоваться этим чудом.
