Письмо от Мейры Сель пришло в первый день второго учебного года.
Ида узнала почерк матери сразу.
Она стояла посреди комнаты, держа в руках пожелтевший конверт, и никак не решалась его открыть.
— Сана, — позвала она едва слышно. — Иди сюда.
Сана отложила учебник.
— Что случилось?
Ида повернулась к ней.
На её лице было такое выражение, что Сана немедленно поднялась.
— Это от мамы.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
За окном шумел академический двор. Студенты возвращались после летних каникул, встречали друзей, смеялись и жаловались на предстоящие занятия.
Для большинства начинался обычный учебный год.
Для Иды он начался с письма от женщины, которую они искали почти всё лето.
— Откуда оно? — спросила Сана.
— Принесли утром. Дежурный сказал, что конверт оставили у главных ворот. Без имени отправителя.
Сана посмотрела на печать.
Обычный дорожный воск. Ни герба, ни указания города.
— Ты уверена, что это её почерк?
Ида кивнула.
— Мама всегда немного заваливала букву «д» вправо. Я с детства над ней смеялась.
Она попыталась улыбнуться, но губы дрогнули.
— Я боюсь его открывать.
Сана осторожно коснулась её плеча.
— Давай вместе.
Ида несколько раз глубоко вдохнула.
Затем разорвала край конверта.
Внутри лежал небольшой лист, сложенный вчетверо.
На нём было всего несколько строк.
«Ида, родная моя.
Я жива. Прошу тебя, не приезжай за мной и не пытайся искать самостоятельно.
Нас держат вместе, но скоро собираются перевезти. Старая мельница — только промежуточное место.
Никому не верь на слово, если тебе скажут, что мы свободны. Особенно тем, кто принесёт бумаги с нашими подписями.
Помни, что я говорила тебе о шестой спице.
Я люблю тебя.
Мама».
Ида перечитала письмо.
Потом ещё раз.
— Она жива, — прошептала девушка.
Сана обняла её.
Ида сначала стояла неподвижно, а затем уткнулась лицом подруге в плечо и расплакалась.
За всё лето она плакала лишь несколько раз.
Обычно злилась, спорила, требовала новых поисков и делала вид, что не боится самого страшного.
Теперь сдерживаться больше не могла.
— Она жива, Сана. Она сама написала…
Сана крепче обняла подругу.
— Да. Похоже, она действительно смогла передать письмо.
Но, произнося эти слова, Сана смотрела на строчку о шестой спице.
И чувствовала, что радоваться пока рано.
За лето изменилось многое.
Академия Ильта больше не казалась безопасным местом, где главным испытанием были экзамены и недовольство преподавателей.
После покушения на ректора и попытки похищения Саны охрану усилили. Старое крыло закрыли окончательно, служебные пропуска заменили, а на ночные выходы из академии требовалось отдельное разрешение.
