Раздел: ТРИБЮТЫ (Подолжения)
От автора:
Многие писатели начинают с копирования стиля признанных мастеров. Потом они находят свою дорогу, но стартуют, как правило, с этого. Я же «заехал на чужое поле» уже будучи признанным автором. Правда, не по собственному почину. В конце девяностых меня позвали в сборник по Стругацким «Время учеников», а лет пятнадцать спустя издатели из Польши любезно предложили мне участие в сборнике трибьютов по Сапковскому «Ведьмачьи легенды». Причем в обоих случаях последним этапом отбора текстов являлось прочтение их самими создателями миров, в которые разрешалось заглянуть, (в случае со Стругацкими это был Борис Натанович), с правом забраковать любой предложенный текст, если он не понравится. Поскольку оба рассказа в итоговых сборниках напечатали, можно предположить, что мэтры мои тексты одобрили. Я рад, что сумел хотя бы так выразить свое уважение авторам, достигшим самых высот жанра, работе в котором я отдал больший кусок своей жизни.
1.
Слуга, вышвырнувший Лютика из кареты, был здоровым как медведь. А золота на его ливрее поблескивало столько, что поэт мог бы прожить на него целый год. Очень неплохо, в тепле и сытости.
Шлепнувшись в дорожную пыль, Лютик спросил:
— За что?
Рядом с ним упала лютня. Струны ее тихо звякнули.
— Думать надо, господин поэт, прежде чем распускать язык, общаясь с благородными дамами, – мрачно сказал слуга. – И руки.
Бард не удостоил его взглядом. Смотрел на карету. Занавески на ее окне даже не шелохнулись.
— Инесса! – позвал Лютик.
— Дурак ты, братец, — сообщил слуга. – Поклоны бей прекраснейшей, что так обошлось. Будь моя воля, я бы ремнями спустил тебе кожу с задницы.
— Не сомневаюсь, — по-прежнему не отрывая глаз от окна кареты, пробормотал поэт. – Это ты умеешь.
Лакей пожал плечами и залез на запятки. Кучер щелкнул бичом, и карета тронулась.
— Эх, женщины… — вздохнул поэт.
Он встал и стряхнул с одежды пыль. Подобрал лютню, внимательно ее оглядел. Струны уцелели, корпус не треснул. Пошарив по карманам, Лютик извлек тощий кошелек. Пересчитав в нем монеты, пробормотал:
— Женщины… будут и другие.
— Уверен? — послышался у него за спиной хриплый голос.
Поэт обернулся.
Так и есть. Два типа в кожаных потертых куртках, с мечами в руках. Гнусно улыбающиеся.
— Последний раз подобный подарок от судьбы я получил в детстве, — сообщил тот, что стоял справа. – Моя сестренка—стерва опрокинула на себя котел кипятка.
— Имейте в виду, — сказал Лютик. – У меня богатые покровители, и меня будут искать. Стоит мне только сказать…
