(Все персонажи, имена, организации и события в книге вымышленные. Любое сходство с реальными людьми или реальными преступлениями является случайным. Книга содержит описание жестокости, насилия, тяжелых психологических сцен. Автор осуждает любые формы насилия и незаконных действий, не оправдывает и не пропагандирует преступления. Рейтинг произведения +18.)
«ДОГМАТИКА МЕДИ»
Предисловие
«Эх, русский народец! Не любит умирать своей смертью!»
«Мёртвые Души», Н.В. Гоголь
Лихие 90-е выжгли клеймом на обществе еле стоящей на своих двоих страны марку дешёвых сигарет и этикетку с пивной крышки. «Кризис» - вместо тысячи слов заполонил первые строчки отсыревших газет на покосившихся прилавках ларьков. Бандитизм, разграбленные города, упадок моральной и экономической систем – вот она, прекрасная Родина первых космонавтов и величайших изобретателей в начале 2001 года. В прочем, остальной мир тоже переживал не лучшие времена. Череда войн и эпидемий, поразивших континенты, оказала влияние не столько на мировоззрение людей, сколько на представление политиков о новом, перестраиваемом мире. Мире адаптации в агонии и растаявших, как сахарная вата в руках ребёнка, надеждах. Некогда союзная, по-семейному дружеская Польша отвернулась в сторону поставок продовольствия Великобритании, как и Сербия, в недавнем времени почти уничтоженная вспышкой нового штамма Пеллагры. Остальные же страны либо ушли в молчаливую тень, либо увязли в собственных внутренних и внешних войнах без какого-либо желания возиться с чужими проблемами.
Колесо сансары дает оборот. Возможно, впервые за несколько десятков минувших лет, правительство прибегает к решительным мерам и берёт курс на технологический рывок. Индустриализация! По России, словно волна, захлестнувшая скалу Киселёва, оглушительно прокатывается призыв развивать науку и поднимать заводы. В тот же период академиком Евгением Менделем из Сибирского научно-исследовательского центра был разработан совершенный травильный раствор для меди и никеля. Полупрозрачное вещество приятного зеленоватого оттенка на основе концентрированной картофельной гнили с примесями химических катализаторов хоть и пахло скверно, но свою работу выполняло с уверенностью. Страна вступала в новую эпоху, наука научилась буквально с земли создавать мощные реактивы, а взлетевшая до небес скорость обработки металлов позволила вступить в игру развитию электроники и архитектуры. Советские серые панельки стали заменяться яркими высотками с вычурными узорами эпохи барокко на манер когда-то царской богатой России. Столица подпирала небеса извилистыми сводами крыш, а ближайшие области расцветали в строящихся научных городках, пока Сибирь и восток страны продолжали утопать в болотах и промышленном смоге заводов. Раствор Менделя по приказу руководства лаборатории был рассекречен только за Уралом, дабы иностранные шпионы, о которых так любили шептаться суеверные за углом каждого дома, не украли сокровенную разработку. По прошествии года на финансовом отчёте по всем новостным каналам вещали приторно сладкие речи о невероятных достижениях научного сообщества страны. Но ситуация не была столь приятной, стоило лишь заглянуть за двери хоть одного предприятия и на глаза вылезала пугающая статистика смертности. Ожоги с бурыми пятнами, удушье химическими парами, акты неконтролируемой агрессии и психозы – были зафиксированы почти во всех местах, где хранилось «золотое» вещество. Гениальная голова Менделя поседела за прошедшие месяцы, его было тяжело представить вновь тем воодушевлённым приятным мужичком, что неуверенно отвечал на вопросы симпатичной девушки репортёра с федерального канала. Он и сам постепенно стал замечать, что гнильца-то ведёт себя нестабильно, но ничего придумать для противодействия наглой заразе не смог. После очередной свежей сводки о забуревших за станком костях мужчина берёт себя в руки. Установив контакт со старым знакомым из московского НИИ, Евгений Дмитриевич упаковывает старую колбу, один из первых агрессивных образцов своего вещества, в ребристый кейс и отправляется к обговоренной точке Х. Его старая, но любимая серая Волга ревела пропускающим такт мотором по раскрошенной дороге, на радио нарочито позитивные ведущие опять зачитывали «приветы», вместо того чтобы наконец включить музыку. Евгений потянулся правой рукой к повидавшей жизнь магнитоле, пытаясь найти хоть одну волну с шансоном вместо болтовни. Прогноз погоды, гороскоп, рецепт вареников с черемшой, интервью со звездой никому неизвестного сериала из нишевого уровня сетки вещания. Чемоданчик с ампулой неряшливо лежал по соседству на пассажирском кресле, прикрытый листом-распиской о содержимом кейса. Лязг металла влетел в уши рокотом грома, машину закрутило и перевернуло на крышу. Осколки стекла впились жгущими кольями в свисающие руки мужчины. Галстук, грёбаный галстук, упавший на лицо, закрывал обзор на распахнувшийся от удара чемоданчик, не давая уловить глазами хотя бы контур капсулы. Звон в ушах стал постепенно оседать, поток криков и уличного шума тяжестью легли в отекающие щёки и кончики пальцев учёного. Пелена раздирающей ярости начинает закрывать глаза Менделю, но резкий запах гнили, словно нашатырь, выдернули его обратно в грешный мир. Тонким ржавым пятном его научное достижение накинулось на магнитолу, с нескрываемым удовольствием пробуя на вкус десятилетний металл проигрывателя. Мужчина суетливо пытается расстегнуть ремень безопасности и неряшливо шмякается на тканевую обивку крыши, жмурясь от боли в кровоточащих руках. Оказавшиеся в злополучную минуту рядом прохожие помогают потерпевшему выбраться из салона на улицу. Евгений Дмитриевич замечает схлопнувшуюся в гармошку иномарку неподалёку с багровым пятном под днищем, вероятно она и нанесла столь сокрушительный удар. Истошный женский крик заставляет его обернуться и встретиться с нулевым пациентом грядущего кошмара. Одна из девушек, помогавшая доставать горе водителя из несостоявшегося гроба на колёсах, судорожно пыталась стряхнуть ржавчину со своей руки, но та только быстрее расползалась по бледному эпидермису. Прошёл лишь миг, как девушка перестала кричать и резко кинулась на старика, подошедшего к ней с бутылкой воды. Мендель не думал, не сейчас. Он со всей дури рванул на утёк, продолжение ситуации для него было очевидным. Попаданец и сам не заметил, как добежал до ближайшего поста полиции. Его бы посчитали сумасшедшим со всеми этими криками о какой-то мутации «ржавчины», так её называли между собой в лаборатории из-за характерного внешнего вида, если бы учёный не нащупал вовремя свой рабочий пропуск в кармане застиранной лимонной рубашки. Трое офицеров переглянулись и провели этого чудака с научной степенью к стационарному телефону. Прошёл час. Два. Четыре. Город заметно порыжел, а крики на улицах сменились пугающей пуще прежнего тишиной. Руководство страны никак не могло договориться само с собой, кто-то настаивал на карантине, кто-то кричал о необходимости сообщить народу о происходящем, предупредить. Гриф «Совершенно секретно» и расписка о неразглашении – плоды их почти шестичасового спора. Лишь спустя ещё сутки на границах нескольких прилегающих областей был введён карантин. Ловушка захлопнулась.
