– Гражданин Российской Федеративной Социалистической Республики Владимир Владимирович, статус «самозатворник», пол мужской, признаки дегенеративных заболеваний отсутствуют, биологический возраст сто тридцать пять лет два месяца и восемь дней?
Владимир молчал, поскольку не имел привычки отвечать на риторические вопросы. Есть Идентификационный Код Гражданина – считывайте, в нём вся необходимая информация. Кроме того, Владимиру никогда особо не нравилось разговаривать с дронами.
– Прошу вас проследовать за мной.
Уточнять «зачем» и «куда» тоже не имело смысла, поскольку дрону-полицейскому полагалось не разъяснять, а лишь зачитать и препроводить.
– Вам всё объяснят на месте, – отчеканил зависший над головой Владимира дрон, словно уловив направление человеческой мысли.
– Не раньше, чем закончу поливать огурцы, – Владимир кивнул в сторону грядок, усаженных зелеными кустиками.
– У вас тридцать секунд, чтобы ввести команду системе полива.
– Видишь ли, я тут ращу биоорганику и все делаю руками, так что тридцати секунд мне не хватит, – терпеливо разъяснил Владимир.
– Гражданин, тогда вам придется отложить ваше занятие.
Дрон бесцеремонно зажужжал, давая понять, что разговор окончен.
Так, ну и кому же мог понадобиться стабильно проживающий на даче самозатворник? Владимиру вспомнилось, что в последние недели дроны-наблюдатели зачастили в его глухомань: прилетали и часами кружили над участком, высматривая… Кстати, что они могли там высматривать? Как Владимир ползает по грядкам, мульчируя почву соломой? И в полынном растворе для подкормки огурцов вроде тоже ничего противозаконного.
Владимир снял садовые рукавицы, вытер вспотевшие ладони о штаны и как есть, босиком и с голым торсом, двинулся следом за «птичкой» в сторону припарковавшегося у частокола беспилотного аэротакси… так, значит, машина не полицейская? Совсем странно.
– У вас нетипичная защита, гражданин, – не удержался дрон, на мгновение зависнув над частоколом. – Разумеется, это всего лишь мое оценочное мнение.
– Это винтаж, – пояснил Владимир, залезая в такси. – Ты любопытный для робота. Хотя это, конечно, всего лишь мое оценочное человеческое мнение.
Дрон замолчал, как показалось Владимиру, несколько обидевшись. Впрочем, ему действительно показалось – роботы не могли обижаться. Тем более, на людей.
– Я пристегиваю вас, гражданин, – приятным женским голосом сообщил бортовой компьютер, бесшумно захлопнув дверцу такси. – Будьте осторожны, сейчас начнется движение.
– Кучеряво живешь! – осматривая салон, заметил Владимир. – Это что, комфорт?
