Глава 58
– Меня зовут Артем Морохов, я родом с Земли, из России, мне двадцать четыре года от роду. Образование у меня среднее, специализации нет.
– Артем, вы ветеран?
– Что? А… Да… – черт, забыл написать это в резюме. Теперь эта красотка будет думать, что я что-то скрываю. – Да. Но я отслужил всего полгода, и война кончилась.
– Мы с вами говорим сейчас про шестую мировую?
– Ну… да.
– Не поймите неправильно, это важно. Одно дело, когда вы попали под всеобщую мобилизацию, но другое дело, когда участвовали в локальных конфликтах по контракту…
Так… надо ей ответить так, чтобы ей понравилось. На работу по резке космических кораблей ей хотелось бы принять бравого бойца, или бедолагу, которого на войну отправили за компанию?
– Простите, мисс…
– Маркова. Татьяна.
– Да… – черт, она русская. Странно, но ладно. – Татьяна. Простите, не буду врать. Не сразу запомнил имя, у меня с этим с трудно, люди называют, и я тут же…
– Ничего…
– Да… я… не хочу вам врать. Я служил, да. Да. Я думал про контрактную основу и все такое, но ваша вакансия выглядит… надежнее.
– У вас полимерная кора головного мозга?
Блядь.
– Да…
Ну вот. Сейчас она меня подрежет и пойду я дальше мыкаться по разным паршивым подработкам. Ну да, у меня есть полимер в коре головного мозга. И что теперь? Я что, теперь хуже остальных? Хуже нее или…
– Славно. Это было важным критерием.
– Серьезно? То есть, это – плюс, а не минус?
– Да. Но в следующий раз было бы хорошо, если бы вы сразу указывали столь важные вещи в резюме…
– Простите…
– И не переживайте так по поводу этого собеседования. Мы молодая развивающаяся организация, в перспективной сфере деятельности…
Нифига ее понесло… Ладно, пусть болтает. У меня аж камень с плеч. Я-то уж думал, что меня опять развернут на втором собесе. Никому нынче не нужен человек с странной штукой в мозгу.
В мозгу…
Да. В мозгу. Если не акцентировать внимание на этом, то я и забываю, что что-то не так. А может и так, просто люди очень предвзято к этому относятся. Я всего лишь не хотел умирать…
Вот и подписался под программу «восстановимого резерва».
Солдаты на передовой мрут, как мухи. Артиллерия, дроны, газ… А меня мальчишкой призвали. А мальчишке очень жить хочется. Все ездят на дорогих тачках, летают на курорты за пределы планеты, пробуют невесомость, едят лобстеров и креветок… А я школу окончил и под призыв попал.
– … мы подключимся к вашему полимеру и снимем резервную копию. Точнее, копия будет сниматься автоматически и храниться на станции…
Меня год мурыжили в учебке и после первого же замеса предложили подписать договор на эту новую тему с неумирающими солдатами. Шанс не один. Их множество. Умер раз, потом другой. Воскрес и снова умер. И нет этого животного страха в бою, который шепчет, что каждый шаг может стать последним. Бывало, парни из моего отделения, когда ловили дрон руками, тут же просили пустить им пулю в лоб, чтобы завтра уже целеньким в наряд заступить, а не болтаться с обрубками по локоть, в ожидании, когда медики их восстановят.
