1. Вокзал
Профессор Павел Геннадьевич Комаров пришёл на вокзал слишком рано и одновременно слишком поздн. С некоторых пор он жил по своим внутренним биологическим часам, которые давно перестали совпадать с расписаниями и стандартным временем. Он торопился так, будто опаздывал не на поезд, а на событие, способное случиться лишь один раз за человеческую историю. При этом лицо его оставалось внешне спокойным, целеустремлённым, как у человека, стоявшего на пороге грандиозного открытия.
В правой руке он держал чемодан. Обычный, коричневый, с потёртыми углами и замком, переживший как минимум две эпохи моды. Чемодан был тяжёлым — не столько по массе, сколько по значению. Профессор несколько раз останавливался, будто хотел поставить его на перрон, но каждый раз передумывал, словно боялся, что стоит отпустить ручку — и содержимое исчезнет.
Когда поезд прибыл , Комаров оказался первым у нужной двери, будто заранее знал, где именно на перроне остановится его вагон. Он вошёл в купе, занял место у окна и осторожно поднял чемодан на верхнюю полку напротив себя. Сел и некоторое время просто смотрел на него, словно проверяя: на месте ли он.
За окном суетились люди, из репродукторов звучали объявления, гремели грузовые тележки с багажом. Всё это выглядело удивительно ненужным. Профессор смотрел сквозь стекло так, будто вокзал был лишь декорацией, плохо собранной моделью реальности. Иногда он переводил взгляд обратно на чемодан — и тогда его пальцы непроизвольно сжимались. Он знал: если в этот раз снова ничего не получится, то человечество лишится своего последнего шанса….
2. Купе
Остальные пассажиры подошли почти одновременно. Профессор Комаров наблюдал за этим без участия, как астрофизик наблюдает за формированием звёзд: процесс был интересный, но вмешательство не требовалось. Его волновало только содержимое его чемодана.
Первым вошёл мужчина лет сорока, аккуратно подстриженный, чисто выбритый и модно одетый, с толстой кожаной папкой под мышкой и с выражением на лице, уверенного в себе человека, привыкшего оперировать большими потоками данных. Он представился без паузы, будто выдал профессору свою визитную карту.
— Леонид Устинов, логист, — сказал он и сразу сел рядом с профессором, откинувшись на спинку сиденья так, чтобы было видно всё купе.
Следом вошла женщина. С ней был угловатый и худощавый подросток лет пятнадцати. Усталым, но внимательным взглядом она бегло окинула купе и помогла ему закинуть рюкзак, на котором красовались сразу несколько наклеек с логотипами молодёжных научных сообществ, на верхнюю полку рядом с чемоданом профессора. Отчего тот напрягся и с тревогой смотрел на происходящее.
