Чашечка латте животворящего
Мой план казался безупречным. Делов-то на пять минут: войти, поторговаться и выйти. Все усложнялось тем, что войти предстояло в поместье самого угрюмого и одинокого некроманта в нашем темном графстве. Выторговать или в крайнем случае стырить предполагалось артефакт управления нежитью. Про пункт о незаметном побеге я как-то не думала, потому что дальше мысли уносились в мою любимую кофейню, где в теплой печи нас с Шуи ждали круассаны. Действие заклинания отложенной готовки должно было закончиться как раз к моему возвращению, а значит я успевала подготовить кофейню к завтрашнему рабочему дню.
Только вот я не учла сразу несколько фактов. Добираться пришлось через старое кладбище, где местная нежить сегодня отмечала праздник всех Живых. Им целую площадь в городе выделили под это дело, а они решили дома погулять. Наряженные людьми зомби, скелеты и прочие не особо-то живые существа все норовили пригласить меня присоединиться к их веселой компании. Еле отбилась, пришлось даже пожертвовать личной магической отмычкой, дабы открыть ребятам фамильный склеп местного аристократа, где по слухам хранилась бодрящий тело и дух лимонад. И вроде бы с одним препятствием разобралась, так меня тут же нашло другое. Вот тут я в полной мере осознала, что информация о Феликсе Учино, которую мне по крупицам выдавали посетители кофейни, немного далека от истины. А если говорить честно, то совсем далека.
Поместье Учино, по слухам мрачное и покрытое паутиной, встретило меня теплым сиянием магических свечей и тыквенных фонариков. Ни мусора, ни хлама, из зловещего лишь мраморные химеры, смотрящие на меня с каждой опорной колонны. Из приоткрытого окна на втором этаже доносилась приятная уху мелодия. Я бы даже сказала – весьма жизнеутверждающая мелодия, что совсем не вязалось с образом некроманта, который сложился в голове.
— Шуи, а мы точно туда пришли? — спросила я шепотом.
— А что не похоже?
Из походной сумки, лямка которой пересекала мою грудь, высунулась хитрющая мордочка кофейной куницы. Малышка много лет назад забралась ко мне в дом, явно придя на аромат кофе. Я застала её спящей в мешке элитного животворящего русиано. И беда была в том, что спала она, натрескавшись этого дорогущего сорта до размеров игрушки, которую дети лупят, чтобы получить конфеты. Хотела прогнать обжорку, но, когда пушистая диверсантка очнулась, она заговорила. Отчего и сама была в шоке. Вот что русиано животворящий делает – даже у животных язык развязывается. С тех пор Шуи жила со мной и иногда даже пользу приносила. Лучшего источника сплетней и придумать невозможно было.
